В очереди за счастьем (СИ)

Знаю, что его заводит. Мы вместе этому учились.

И это осталось? Или нет?

Отбрасываю мысли о том, что он мог сегодня уже быть с кем-то. Именно теперь мне все равно. Главное, как он реагирует на меня. Ведь реагирует же!

Совсем не сексуально снимаю трусы, бросаю на стул. Приближаюсь к кровати. А он все смотрит. Не отрывая глаз. Замираю. Мне нужно довести его до края.

Снова веду по груди рукой, чуть задеваю соски. Он этого движения внизу простреливает, хочется сжать ноги вместе. Но я этого не делаю. Одной рукой веду неторопливо по животу, который подрагивает, накрываю лобок, ногу ставлю на край кровати, чуть развожу ноги, открываясь, надавливая пальцами на клитор, шиплю.

— Бля*ь! Нат! Иди сюда! У меня сейчас яйца взорвутся… — в голосе мужа просящие нотки.

Мне мало пальцев. Не знаю, почему я так возбудилась… Я должна сейчас ненавидеть Макара, скандалить, ругаться, выяснять, почему у нас ничего не получилось.

Вместо этого, залезаю на кровать, освобождаю твердый, каменный член, большим пальцем размазываю по головке каплю предэякулята. Муж со свистом выдыхает.

— Сегодня главная — я! — ставлю его в известность, — Презерватив дай.

Он достает из тумбочки защиту, вскрываю пакетик, раскатываю резинку по все длине. И седлаю мужа. Сразу опускаюсь на всю длину.

Макар кладет руки мне на бедра, ускоряет и без того бешеный темп, приподнимается, собираясь поцеловать. Упираюсь руками в его плечи, практически отталкиваю. Больше никаких поцелуев. Пусть Глашку свою целует.

Мы оба потные, тяжело дышащие, стремящиеся приблизиться друг к другу, когда все уже сломалось. Не починить. Да и не надо. Мне не надо.

Он был первым. Он был единственным. Не оценил…

На пике самых глубоких толчков тихо проговариваю:

— Думал о том, чтобы я так с другим? Чтобы его член был во мне? Чтобы я его хотела? Чтобы позволяла ему все? И минет? И анал? Вообще все? И возможно, любовник у меня будет не один… А, Макар?

Он меня слышит.