Украденные прикосновения

""Тогда, может быть, мне стоит перестать улыбаться. Я не хочу рисковать убить кого-нибудь случайно"".

Рука, держащая мой подбородок, напрягается. ""Ты никогда не перестанешь улыбаться, Милен"", — говорит он. ""Если что-нибудь или кто-нибудь когда-нибудь заставит твою улыбку дрогнуть, хотя бы на мгновение, я уничтожу их"".

""Так жестоко"". Я ухмыляюсь и опускаюсь на кровать, увлекая его за собой. ""Не мог бы ты вместо этого уничтожить мою киску?""

Уголки губ Сальваторе изгибаются вверх. Это не совсем улыбка, но близко к тому.

""Мне бы этого очень хотелось"".

В тот момент, когда мы раздеваемся, он ложится на меня сверху и погружается в меня. Я задыхаюсь от внезапного вторжения, но прихожу в себя и обвиваю ногами его талию, открывая себя еще больше. Сальваторе не двигается, но наблюдает за моим лицом, пока моя киска пульсирует от желания. Я слегка приподнимаю таз, покачивая бедрами, пытаясь уговорить его двигаться, но он остается неподвижным, его огромный член находится внутри меня, растягивая меня в экстазе.

Его рука скользит между нашими телами, по моей груди, затем по животу, пока не достигает моей киски. Меня пробирает дрожь, когда он проводит пальцем между моими складочками и прижимает его к моему жаждущему прикосновений клитору. Я пропускаю пальцы сквозь его густые волосы и кусаю его за подбородок. Давление между ног нарастает, когда он продолжает дразнить меня своим пальцем, и мне хочется кричать от желания, чтобы он двигался внутри меня.

""Сальваторе!"" Я взвизгиваю, а затем хнычу, когда он щиплет мой клитор.

""Да, Милен?"" Он прикусывает мою губу.

""Прекрати мучить меня"".

""Хорошо"". Он убирает руку, и я вскрикиваю от разочарования.

""Ты мертвец"", — говорю я сквозь зубы.

""Решайся, cara"". Он наклоняет голову, чтобы лизнуть мою шею, затем вводит в меня свой член. ""Ты этого хочешь?""

Я сжимаю ноги вокруг его талии и крепко сжимаю волосы на его шее, затем наклоняю голову в сторону и впиваюсь зубами в его бицепсы.

Я чувствую, как он набухает внутри меня. Запустив пальцы в мои волосы, он выходит из меня, чтобы снова войти в меня с такой силой, что меня подбрасывает на кровати, и моя голова почти ударяется об изголовье. Возможно, так бы и случилось, если бы он не успел подставить защитную руку.

""Всегда планируешь заранее"", — вздохнула я, а затем застонала, когда он снова вошел в меня.

""Конечно"". Еще один толчок.