Трофей императора

- И о скандале, который ты учинил этой женитьбой. Смотри, что я припас для тебя, - он щелкнул по горлышку, запечатанному сургучом. – Можжевеловый мельх – знаменитый эльфийский напиток. Выдержка двести лет.

- Провел ревизию в своих погребах? – усмехнулся Роннар, доставая бокалы.

Тоже эльфийской работы. На высоких ножках, прозрачно-золотистые, тонкостенные, мелодично звеневшие при каждом касании.

Это давно уже стало семейной традицией. Герцог – единственный кровный родственник Рона – редко покидал свой столичный особняк, чтобы посетить сумрачное нагорье.

Но каждый раз он привозил с собой бутылку какого-нибудь особенного напитка. И каждый раз они распивали ее вдвоем, за неспешной беседой.

Единственное, о чем они никогда не говорили, так это о тех временах, когда оба боролись за трон. Да и зачем? Победитель оставил проигравшему жизнь. Проигравший принес клятву верности. Все, по обоюдному молчаливому согласию, вопрос считался исчерпанным.

Когда умерла Присцилла, Рон первым делом проверил тех, кто имел хоть какое-то отношение к трону.

Но Арман был чист. Лучшие ищейки не смогли обнаружить ничего подозрительного. Да и сам герцог вел себя весьма осмотрительно и никогда, ни в чем не был замечен. В политику не лез, партий не создавал, развлекался себе на балах, да менял любовниц одну за другой. Но если требовалось, всегда был готов предоставить своих людей, земли и деньги на благо короны.

В общем, истинный патриот. Роннар был в нем уверен, хотя и не снял с дяди слежку.

Вот и сейчас он со спокойной душой поставил бокалы на стол.

- Надеюсь, на мельхе нет наговоров? – спросил в шутку, прекрасно понимая, что эльфийский Двор никогда не позволит себе ничего предосудительного. И если бутылка запечатана королевской печатью, то можно пить, не боясь за самочувствие.

- Обижаешь, племянничек, - хмыкнул Арман. – Наговоров целая куча. На здоровье, на силу мужскую, на долгую жизнь. Все, как положено.

Он деловито подцепил сургуч увеличившимся когтем. Раздался тихий треск – и остатки сургуча осыпались на стол коричневой крошкой.

- Этот напиток стоит того, чтобы выпить его за здоровье твоей супруги и ее плодовитость, - добавил герцог, выкручивая пробку из плотно спрессованной можжевеловой хвои. - Негоже императору такой сильной страны быть бездетному. Подданные могут решить, что ты обессилел.

Роннар сдержал тихий рык.

Нет, детей он не планировал. Ни когда подписывал договор с королем Этрурии, ни когда сделал свой выбор и назвал женой принцессу Валенсию.