Трофей императора

- Как я уже говорил, амулет не в нашем мире. Он где-то за гранью реальности. И пока он там, ни я, ни кто-либо другой не сможет его призвать. Но ты можешь призвать альхайру. Точнее, твой дракон.

Зарычав, Роннар вскочил.

Всего мгновение назад он сидел, расслабив все мышцы, а сейчас стоял перед магом, еле сдерживаясь, чтобы не вырвать тому глотку. На виске императора вспухла синяя вена, жилы на шее натянулись, на скулах выступили желваки, а в бездонных глазах полыхала первозданная ярость."

"- Я же сказал! – проревел он, и его рев отозвался от каменных стен десятикратным эхом.

Но мага это, казалось, совершенно не тронуло. Он остался таким же спокойным. Может только взгляд стал внимательнее.

- И не почувствуешь. – Голос Тиралиона не повысился ни на йоту, но Роннару показалось, что его ударили плетью. Ударили, как мальчишку, которого отец наказывает за озорство. - Потому что твое сердце закрыто. Ты в ярости, что утратил дракона, и хочешь вернуть девушку ради собственного блага, но не ради ее самой.

«Владыка»…

Он произнес это с искренним сожалением. Будто перед ним действительно стоял безногий калека.

Хотя, почему «безногий»? Скорей уж бескрылый.

Последняя мысль заставила императора горько скривиться.

Тиралион больше не смотрел на него. Маг направился к выходу из зала, и никто не посмел его останавливать.

Маг уходил, унося с собой последнюю надежду. А его слова похоронным набатом продолжали звучать в сознании Роннара.

***

Несколько часов спустя встревоженный Фаэрн нашел своего императора. Тот все так же сидел, прислонившись спиной к стене и закрыв глаза. На его лице не отражалось ни единого чувства, ни единой эмоции, словно Алмазный превратился в статую из бесстрастного мрамора.

- Рон? – Фаэрн обеспокоенно заглянул в лицо другу. – Уже полдень. Тебе нужно поесть…

На застывшем лице не дрогнул ни один мускул.

Пауза затянулась.

Но вот, когда Рубиновый уже собрался повторить свой вопрос, Роннар открыл глаза.

- Я не голоден, - проскрипел он, не разжимая зубов.

- Твои подданные волнуются. Ты их пугаешь. Всех нас пугаешь, и меня тоже.

Роннар перевел взгляд на Фаэрна, и тот невольно дрогнул под его тяжестью.