Тебе меня не сломить

Теперь ему нет необходимости постоянно опекать ее и рано или поздно он все равно уйдет.

Пора привыкать обходиться самой.

* * *Перед тем, как выполнить просьбу Ирины и подключиться к допросу малолетнего преступника, еще и не в меру наглого, Саша направился в большой торговый центр. Попросив помощи у администратора и быстро сориентировавшись в многочисленных бутиках, парень направился в отдел для новорожденных. Полчаса спустя он выходил из торгового центра, груженный кучей пакетов с пеленками, распашонками, ползунками, памперсами и всем, что ему порекомендовали услужливые и обаятельные продавщицы.

Допрос «с пристрастием» занял у него всего полчаса. Сбив всю спесь с малолетнего отморозка и выслушав еще раз, что Ира теперь его должник вдвойне, в душе матерясь на нехватку времени, Степнов наконец-то поехал домой стирать детские вещи, готовить дом к встрече малыша и ломать голову над тем, как вместить в однокомнатную квартиру всю купленную им новую мебель.

Утром, закинув сумку с вещами на выписку в салон машины и заказав шикарный букет цветов для Юли, Саша заехал в отдел узнать сводку происшествий за вчерашний вечер и прошедшую ночь, раздать указания операм с тем, чтобы со спокойным сердцем отбыть до вечера по личным делам. На стоянке перед отделом ему встретился Шведов и с улыбкой, которую Саше захотелось стереть с его лица, произнес:

— Мои поздравления, Саша, с рождением сына. Крепкого здоровья маме и малышу.

Откуда он знает, заныло в душе у парня.

Глава 42

На несколько долгих минут Саша замер возле машины, невидящим взглядом глядя прямо перед собой и не замечая январского холода, пробирающегося под распахнутую настежь куртку и сковывающего льдом страха сердце. Как заевшая пластинка в голове, так и кружилось: «Здоровья маме и малышу»."

"Внезапно поддавшись внутреннему порыву и резко сорвавшись с места, Степнов кинулся к входу в отдел, не замечая приветствий куривших там оперов и не слыша несущееся вслед: «Сань, сегодня прокатимся на Силикатный? Стукачок говорит, сегодня самое то».

В кабинете парень несколько минут безмолвно постоял у окна, затем, словно приняв какое-то решение, присел к столу и начал строчить что-то на листе бумаги.

— Рапорт? Об увольнении? — Шведов откинулся на спинку кресла и озадаченно уставился на своего главопера.