Тебе меня не сломить

Или у нее на всю жизнь теперь будет болезненная реакция на парней? Особенно, оперов? Садясь в машину, Юля тут же открывала свои тетрадки и принималась пролистывать конспекты, всю дорогу ощущая, как он смотрит на нее в зеркало заднего вида. И как бы абсурдно это ни звучало, даже немного радовалась, когда за ней приезжал сам Саша. Все-таки он уже стал каким-то привычным. В основном, или молчал, или раздавал указания по телефону. Да и его присутствие уже перестало вызывать какие-либо эмоции. Стало попросту все равно.

А в начале октября появились первые «шевелюшки».

И эти невероятные ощущения, неведомые ранее, настолько захватили ее, что, казалось, она перенеслась в какой-то совершенно иной мир. Наконец окончательно и ошеломляюще пришло полное осознание и принятие своей беременности. Все чаще Юля замирала перед зеркалом, проводя ладонью по заметно округлившемуся животу, и невольно улыбалась: — Я мама? Я? Мама! Одежда для беременных, которой она, наконец, обзавелась, красиво подчеркивала ее «интересное положение». И Степнов стал смотреть на нее иначе, она это чувствовала. В те редкие минуты, когда опер был дома или куда- то ее отвозил, она замечала, с каким интересом он ее разглядывает. Видимо, ему тоже с трудом верилось, что там, внутри нее, был живой человек, его сын или дочь. С его чертами. Его кровь и плоть. Эти частые заинтересованные взгляды тревожили ее. Неизвестно, что у него в голове. Мало ли что он может выкинуть. Хотя, если честно признаться, то в последнее время он вел себя очень достойно. Но, чем черт не шутит….

* * *Шведов ушел в отпуск, и целый месяц приходилось еще замещать его — раздавать общие указания, собирать планерки, ездить в Управление с отчетами, хотя работы и так было невпроворот. С Юлей они почти не виделись. Только рано утром, когда нужно было отвезти ее в поликлинику или вечером на занятия, и то, все чаще приходилось просить об этом Влада, потому как тот был единственным, кому он безоговорочно доверял.

Их холодная, молчаливая «война» продолжалась. А, может, уже давно перестала быть «войной».

Кажется, ей уже не было никакого дела до того, что он ночует в ее квартире. По утрам ей всегда было плохо, и если поначалу Саша периодически появлялся на пороге ванной, предлагая стакан воды, чем лишь раздражал девушку, то потом немного привык и перестал настолько остро реагировать на такие моменты. Теперь он понял, почему она совсем мало ест, особенно с утра, и больше предпочитает фрукты, которыми он старался забить холодильник.