Тайна затонувшего конвоя

Это была не Илзе, а Волонтарь Павел Елисеевич. Тоже в курсе человек, решил проводить заочно, мысленно пожелать всего хорошего. Волонтарь смутился, отступил от окна. Пунцовые пятна заалели на его физиономии.

Больше Неверов не оглядывался и не смотрел по сторонам. Шел вперед, сжимая лямки вещмешка. Желающих уехать в Мурманск в будний день оказалось немного. Люди жались в кучку на промозглом ветру.

Подошел автобус, водитель раскрыл дверь, стал проверять билеты.

Андрей не успел приобрести таковой, сунул шоферу скомканную купюру.

Капитан прошел на заднее сиденье. Он был уверен в том, что за ним наблюдают. Среди пассажиров шпика не было. Наметанный глаз сразу выявил бы его. Но где-то он был. Противник обязан убедиться, что сотрудник СМЕРШ уехал. Андрей водрузил вещмешок на колени, закрыл глаза.

Автобус тронулся всего лишь с минутным опозданием. Неверов усмехнулся. Надо же, практически немецкая пунктуальность.

Вскоре поселок скрылся из вида. Автобус уходил в низину, петлял между возвышенностями.

За очередным поворотом Андрей встал и отправился к двери, держась за поручень.

Пассажиры с удивлением смотрели на него.

— Останови, — буркнул он водителю.

— Не положено.

— Останови, говорю! — Капитан сунул под нос шофера красное удостоверение. — Хочешь поговорить, мужик?

Автобус резко встал посреди проезжей части. Других машин все равно не было.

— Вот так-то лучше, — сказал Андрей, выходя на дорогу.

Дверь захлопнулась, водитель словно коня пришпорил! Автобус скрылся за горой в разливах непересыхающей грязи.

Андрей забрался за массивный валун, покурил пару минут. Дорога была пуста. За автобусом никто не тащился.

Он забросил вещмешок на спину и полез в гору.

Здесь царило безлюдье. Полная глушь, как в жестяной банке, природа, немного моря.

Капитан сидел за расколотой скалой, венчающей гребень, и осматривался.

Люди были здесь совсем недавно. Кругом валялись стреляные гильзы. Автоматчики Пожарского расстреливали отсюда геологов Артюхова. Внизу на площадке сквозь муть, висящую в воздухе, виднелись брызги крови.

Метрах в пятидесяти от берега начинались шхеры.