Сын мэра

Отбиваясь от ее советов, пишу, что у Саши уже есть девушка, и у них все серьезно, на что мама заявляет, что девушка не стена – подвинем. И добавляет: «Я в тебя верю, доча».

- Долго собираешься здесь сидеть? Домой поехали, - отвлекает меня недовольный голос Греховцева.

- Что, уже? Я еще не навеселилась.

- Можешь оставаться, - с этими словами он разворачивается и размеренным шагом идет прочь.

Мне не остается ничего, как, схватив свой рюкзачок, бежать за ним, чтобы он не бросил меня здесь ночевать. Мне кажется, он может.

За воротами на стоянке уже толпа, все вывалили проводить звездного мальчика. Обнимают его, будто это он, а не Макс сегодня именинник. Даже смотреть на это неудобно.

- Уже уезжаешь? – сделав грустную мордочку, прикидывается расстроенным Максим.

- Да, рада была познакомиться…

Неожиданно он меня обнимает за плечи и целует в щеку. Мне неловко, но я почти благодарна ему за эту вольность. Он хотя бы создает видимость того, что на этом празднике я не белая ворона.

- Не против, если я возьму у Греха твой номер?

- Не против, - хмыкаю я, представив, как Саша будет выкручиваться, объясняя другу, почему у него нет номера телефона его сестры.

- Поехали, - бросает через плечо Греховцев.

Макс открывает для меня заднюю дверь, потому что на переднее пассажирское уже уселась Алина.

Класс. Веселенькая предстоит поездка."

"Скинув шпильки, девушка закидывает ноги на панель и поворачивается ко мне в профиль.

- Привет. Не успела с тобой познакомиться…

Ну, да, была так занята, что не выкроила для меня даже минутки.

- Я Алина, любимая Саши.

Сам Саша никак на ее болтовню не реагирует, сведя брови к переносице, смотрит только на дорогу.

- А ты Маша?

Собираюсь ее поправить, но не успеваю. Греховцев делает это за меня.

- Даша.

- Ой! – закрыв рот ладошкой, глупо хихикает, - сорри, всегда путаю эти два имени.

Курица безмозглая.

- Ничего страшного, - шепчу ей доверительным тоном, - легкая степень умственной отсталости. Видимо, передается половым путем…

- Не поняла… - хмурится блондинка.

Откинувшись на спинку, я ловлю на себе взгляд Греховцева. Всего лица в зеркало не видно, только глаза, и что в них, в темноте не понять, но мне кажется, в них загорелся огонек интереса.

- Саша, что она сказала? - с вызовом спрашивает Алина.

- Говорит, мы с тобой тупые…

- Чего?! В смысле?!

В ней столько праведного негодования, что еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться в голос.

- Успокойся, Алин, - говорит Саша негромко, - это юмор. Даша шутит.