Способность любить

Выражение его лица меня успокаивает. Он полностью серьезен.

В то же время я ковыряюсь в себе. Вскрываю все то сокровенное, что не решаюсь приоткрыть никому.

Но с ним я готова переступить через свой страх. Он дополняет меня, дает мне именно то, чего мне не хватает

– Я тоже хочу, чтобы тебе было хорошо. Я словно не могу тобой надышаться. Мне мало того времени, что мы проводим вместе. Даже, если это целый день. И меня это пугает. Пугает моя зависимость от тебя.

Чувствую, как к моим губам прикасаются его губы. Острожно.

– Ничего не бойся.

И я ему верю. Именно в это мгновение неистово верю– он сумеет меня сберечь.

– А свадьба... Ну, не хочешь и не хочешь. Давай просто распишемся. Сыновей только позовем.

Мне нравится его идея.

– Только ты извини. Тянуть я не намерен. Заявление уже в ЗАГСе. Нас там ждут через месяц. И то только потому, что я собираюсь дать тебе время, чтобы привыкнуть.

Хмурюсь, не понимая:

– А как же... Я же не подписывала ничего...

Но потом вспоминаю. Влад просил меня расписаться на каких– то бумагах для полиции дня два– три назад.

Хмурюсь по– прежнему.

– Ты– жулик!– тычу пальцем в его крепкие мускулы на груди.

Он и не думает оправдываться. Только перехватывает меня за запястья, переворачивает и подминает под себя.

– А ты– сводишь меня с ума, – шепчет мне на ухо, толкаясь бедрами в меня и вынуждая этим издать позорный стон капитуляции.

А дальше я просто живу. Вместе с любимым мужчиной и любимой дочерью.

Меня уже не смущает его дом. Потому что это наш дом.

Набираю Матвея, который не смог приехать на новогодние праздники. Мы с Владом отмечали его в супружеской спальне. И единственный человек, который мог нам помешать– Есения. Чем она и занималась.

– Привет! Как ты там?

– Привет, мам!– его голос стал почти прежним.

В нем все чаще звучит беззаботность.

– Я– нормально. А ты?

– Тоже. Матвей, мы с Владом расписываемся через три недели.

– Расписываетесь?– переспрашивает, – А свадьба? Я думал, твой олигарх закатит пир горой.

– Он бы, наверное, так и сделал. Но я не хочу.

Матвей смеется.

– Ты хочешь по– тихому. Чтобы никто не знал. А потом раз– и у тебя такой козырь на руках.

Тоже смеюсь.

– Да ну тебя. Что ты, бессовестный, над матерью смеешься? Приедешь?

– Мам! Могла бы и не спрашивать. Само собой.

В этот же день заезжает Артем.