Способность любить

Если тебя папа отпустит.

Игорь, который после ответа Влада как– то сник, начинает суетливо собираться. Я раньше за ним такого поведения не замечала.

Но останавливать соседа не стала. Нас ведь ничего с ним не связывает. А если Влад приехал, то поговорить с ним все равно придется.

Краем глаза вижу, как Матвей тычет кулаком в бок Саркисяна, смотрящего с тоской на накрытый стол.

Тимур замечает мое внимание и говорит:

– Я тоже пойду. Погуляю.

Мы остаемся с Владом вдвоем. Он внимательно меня разглядывает.

Неожиданно мужчина улыбается. Причем нормально так, по– доброму. Как будто и правда рад меня видеть.

– Ты та– а– ка– я стала, – тянет, улыбаясь.

Как и во всякой женщине, во мне живут тысячи сомнений.

Это замечание заставляет меня насупиться и уточнить:

– Какая? – причем переспрашиваю я максимально вредным голосом, что заставляет меня гадать, а я ли это вообще спросила.

Он улыбается еще шире, лучики морщинок собираются в уголках глаз, делая его старше, но вместе с тем на лице отражается мальчишеская беззаботность.

– Кругленькая, – ответ служит пищей для дополнительных копаний в себе.

А что он хотел от меня на восьмом месяце беременности? Чтобы я березку напоминала?

Когда я уже собираюсь всерьез и надолго обидеться, Влад шагает ко мне, притягивает к себе. Я чувствую его дыхание у себя в волосах. И не буду врать себе, что мне не нравится, что он меня обнимает.

Нравится.

В его руках мне хорошо. Я так постою чуточку, а потом снова стану самостоятельной.

Но он разбивает мое самообладание окончательно.

Всего одной своей фразой:

– Я так соскучился!

И может быть, я дурочка. Да так и есть. Но я ему верю. Не знаю, что меня в этом убеждает – то ли интонация его голоса, то ли тепло и сила его рук, обнимающих меня. Кажется, так можно стоять вечно.

И мне не хочется начинать наше противостояние. Но рассудок подсказывает, что это лишь моя слабость.

– Зачем ты приехал? – спрашиваю то, что хотела спросить, как только его увидела.

– К тебе, – вот и все, чего я добилась.

А что это значит, мне предстоит догадаться самой. Я далека от мысли, что то, что он говорил только недавно, да еще и в присутствии целого сборища – правда. Мне почему– то это кажется невозможным. Но я хочу знать причину, что привела его сюда. Вряд ли такому, как он, вообще положено знать, где находится Воронеж. Это же не Бали.