Способность любить

Не то, чтобы я не понимал то, что до меня пыталась донести Саша. Но мне кажется, она преувеличивает. И что у меня может появиться шанс.

Возвращается Полина, уже пришедшая в себя, обрабатывает мне руку. Там оказывается царапина, просто крови много было.

Заканчиваем возиться с кроваткой и идем на кухню.

Остался еще пеленальный столик.

Глава 9.2

Влад

В Воронеж я вернулся вечером. Зашел в дом и на кухне застал премилую картину: мой сын расположился в компании Полины и Саши.

– Ой, здравствуйте! – защебетала младшая Смирнова, засверкав белозубой улыбкой, – Ужинать будете?

Нравится мне эта девчонка.

Перехватываю хмурый взгляд Артема, которым он награждает девочку. Что у них тут происходит вообще?

– Буду, Саш. Буду, – отвечаю и интересуюсь у своего оболтуса, – Что с рукой?

– Кроватку собирал. Осталось собрать пеленальный столик, – отвечает, а в глазах читается неодобрение, – Остальное – все готово.

Последняя фраза у него выходит какой– то едкой.

– И для твоей сестры, – парирую, но не забываю сказать, – Спасибо.

Саша ставит передо мной тарелки, желает приятного аппетита и исчезает вслед за Полиной.

Мы остаемся с Артемом вдвоем. Я молча, ем, он бросает на меня красноречивые взгляды.

В конце концов, не выдерживает:

– Ты куда катался? Здесь не пьется? Запах на всю кухню.

Острый ответ вертится на языке, но я его не произношу.

– Надо для дела было. И уже все выветрилось. Только запах и остался. Кроме того, грех не выпить за рождение дочери."

"– За мое не пил, наверное. Голову пеплом посыпал.

Вздыхаю:

– С чего ты взял?

Жмет плечами.

– Артем, ты уже взрослый. Откуда эти детские обиды?

Молчит. Этот разговор назрел давно. Я тянул, считая, что незачем говорить очевидные вещи. Только вот, видимо, очевидные они лишь для меня.

– Почему ты так уверен в том, что я тебя не люблю?

Он откидывается на спинку стула и удивленно присвистывает.

– Ты? Меня? Любишь? Ты мне это говоришь и утверждаешь, что трезвый?

Как все запущено.

– Да, Артем. Я тебя люблю. В противном случае я бы поступил, как твоя мать.

Его глаза гневно сощуриваются:

– Она к мужику сбежала. А ты бы меня куда? В детдом?

Если говорить, то правду и до конца. Иначе не стоило и начинать этот разговор.

– Я чуть так и не поступил.

Эта фраза ошеломляет Артема:

– Что?

– Это было после того, как твоя мать ушла.