Способность любить

"

"– Ждал, когда позовешь. Думал, ты не хочешь меня видеть, – отвечаю, пытаясь сориентироваться в чужой квартире.

– Матвей, какой ты дурак! – слышу в ответ.

И я с ней согласен. Я – дурак. Безмозглый осел, который чуть не потерял самого главного человека в своей жизни.

– Спальня где? – я не намерен ждать.

Ни день, ни месяц, ни год. Я хочу, чтобы мы с Полиной стали одним целым. Навсегда.

– Там, – мотает головой в левую сторону коридора.

Я заношу ее в комнату, но кроме припухших от моих поцелуев губ девушки, не вижу ничего.

– Хочу тебя, – мне нужно ее согласие.

Без догадок.

– И я тебя, – захмелевший взгляд голубых взгляд скользит по моему лицу, словно стараясь запечатлеть каждую его черту.

Осторожно укладываю девушку на постель, стягиваю с нее майку, расстегиваю лифчик, и почти задыхаюсь, любуясь ее грудью. Округлая, налитая соками молодости и совершенства, увенчанная камушками острых сосков. Тянусь губами к одному из них, вбирая его в рот, перекатывая на языке. Полина нетерпеливо хнычет, выгибаясь дугой в моих руках, прижимаясь теснее.

У нее сладкая кожа, которая источает тонкой аромат, которым хочется дышать вместо воздуха. И я вдыхаю его жадно, как наркоман, полный грудью чувствую, как меня ведет.

– Хочу тебя потрогать, – снова шепчет, ныряя мне тонкими пальчиками под одежду.

Подчиняюсь, скидывая все, что нам мешает. Дотрагивается слегка до мышц груди, ведет пальчиками по моей пылающей коже, вычерчивая ей одной известные узоры. Вздрагиваю от того, что воспринимаю ее прикосновения слишком остро.

Дыхание перехватывает, когда узкая ладонь несмело проводит по моему вздыбленному паху. Из– под опущенных ресниц Поля наблюдает за мной, ловя мою реакцию. Провоцирует? Заводит?

– Я так скучала, – все тем же шепотом произносит, разрывая мне сердце.

– А я – нет. Я не скучал, Поль, – вот теперь после моих слов ее глаза распахиваются широко.

Голубая бездна, в которой я могу утонуть. В которой хочу утонуть.

– Я подыхал без тебя. Каждую минуту. Не прогоняй меня больше. Хорошо?

Снова ведет рукой, на этот раз поднимаясь выше. К тому месту, где грохочет сердце, грозя разорвать грудную клетку.

– Не буду, – отрицательно машет головой в подтверждении своих слов. – Накосячишь – спать будешь на коврике в прихожей.

Подавляю смешок и снова вгрызаюсь в мягкие сладкие губы.

Мы бы не остановились.