Старый, но крепкий

Я тоже считаю, что он маловат для такого дела, но моё мнение здесь ничего не решает.

Я бы задался вопросом: почему Барт так не хочет вносить моё имя в список вышедших из города? Но я уже знал ответ: я слышал слухи о целителе, поэтому ситуация с журналом регистрации не стала для меня неожиданностью. Если я не вернусь из этого злополучного похода, спрятать концы будет проще, если моего имени не будет в списке. Мало ли, куда парнишка залез и не смог выбраться: в городе хватает канав, заброшенных подвалов и катакомб.

Паниковать и настаивать на том, чтобы меня внесли в журнал, я не стал. Вряд ли это привело бы к чему-то хорошему. От долга целителю меня это всё равно не избавит, а вот проблем с командой точно добавит.

От этих городских ворот тянулась единственная дорога. Она проходила мимо аккуратных рисовых полей, шла через лес и делала легкий изгиб, почти дотягиваясь до подножия горы, прежде чем устремиться на запад. Вот по дороге мы и двинулись. Шагали молча, но это молчание явно тяготило товарищей.

— Слушай, Кира, а сможешь какую-нибудь птицу подбить? — спросил один из них, когда мы добрались до леса. — Поели бы дичи!

— Её ещё запекать нужно, — отмахнулась лучница. — Причём я не против поесть птицы, только вот вы, как всегда, предоставите мне ощипывать её и запекать. А дойдём до пещеры мы в сумерках, и будем валиться с ног, никаких сил на готовку уже не останется.

Братья переглянулись и принялись уговаривать её ещё настойчивее. В итоге сдались и пообещали, что если она подстрелит кого-нибудь, то тащить дичь на себе и разделывать её будут они.

Я воодушевился. Ни разу в жизни не видел, как охотится лучник.

Руки Киры скользнули к плечу, сняли чехол. Я невольно замедлился, наблюдая, как она вытаскивает оружие.

Лук был прост, но крепок: с перемотанной кожей рукоятью.

Девушка быстро надела петлю на нижнее плечо лука, согнула его с такой силой и лёгкостью, что я не смог скрыть удивления, и накинула тетиву на другое плечо.

— У тебя сильные руки, — невольно пробормотал я.

Мы продолжили путь, пробираясь через лес. Братья, которые раньше разговаривали вполголоса, притихли.

Лес по обе стороны дороги становился всё гуще, тени удлинялись, а воздух наполнялся запахом хвои и влажной земли. Вдруг девушка остановилась, подняла ладонь. Братья замерли, я последовал их примеру. Мы пару секунд стояли, не шевелясь.