Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

— Извини, ты видишь… ты сама чувствуешь, как мне хочется повторить то, что между нами когда-то было. И мы обязательно с тобой сделаем это. Но не сегодня. Мне нужно лететь.

— Прямо сейчас? — немного капризно и сердито спросила она.

— Прямо сейчас. Разве Хакан не сказал тебе, что у меня будет очень мало времени?

— Ну, — возразила она, оценив физическую готовность моего тела, — просто скажем, что разговор затянулся, вот и все.

— Мы же не дети, он узнает. И у нас обоих будут неприятности.

Она убрала руки, обняла себя за плечи и сердито откинулась на спинку дивана, отвернулась и замолчала.

Я сделал шаг, наклонился. Легко поцеловал куда-то в район ключицы, провёл кончиками и пальцев по её руке и прошептал:

— Не сердись, все будет хорошо.

После этого встал и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Утром, сразу после завтрака, Хакан представил меня покупателю. Не самому покупателю, но его доверенному лицу. И лицо это очень походило на героя гангстерского кинофильма.

— В этот раз, — сказал я Хакану, — я увезу наличные а потом будем работать по схеме.

— Ты уверен что это правильное решение? — нахмурился он."

"— Да, не сомневаюсь. Я скажу Весёлкину, что его схема провалилась и мне пришлось выстраивать всё самому с итальяхами, которые сами вышли на меня. Если у меня на руках будут деньги, причин для сомнений не будет. Деньги же будут. Ну, а если я начну говорить, что передал их Дориш… Сам понимаешь, да? Кто, что, почему? Врубаешься? Вот то-то.

На этом и порешили.

Предложение Хакана… возвращаться снова через Югославию я отмёл и, попрощавшись с калабрийским мафиози и с ним самим, отправился в советское посольство на виллу Костагути. Там я подошёл к будке охранника и сказал, что я гражданин СССР, попал в сложную ситуацию, и мне нужна помощь.

Охранник велел подождать, и через 15 минут ко мне вышел человек, представившийся консулом.

— Вы с ума сошли, молодой человек! — воскликнул лысеющий консул с выпуклыми глазами, хлопающими за толстыми линзами очков в роговой оправе.

На это я ответил, что нахожусь при памяти и в добром разуме. Он проводил меня внутрь. Меня завели в комнату без окон и практически без мебели. Перед этим тщательно обыскали и забрали чемоданчик с деньгами.