Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

Изъяли деньги, ремень и шнурки и повели по коридорам, где шаги превращались в гулкое эхо, взывая к душам замученных сидельцев.

Толстая железная дверь открылась нехотя и со скрипом. И я снова за небольшой период времени оказался в душной и вонючей камере. И, что характерно, именно в той же, где уже довелось побывать совсем недавно. Сомнений в том, что это Сомовские дела не осталось.

— Здорово, честной компании, — поморщившись, сказал я.

Они молча уставились на меня и ничего не говорили.

— Стрела! — с явной иронией воскликнул, наконец, седой жилистый Гапон.

— Ага, — кивнул я. — Соскучились тут без меня?

— Принёс чё? — спросил он. — Грев есть?"

"— Нет, — ответил я и двинул прямиком к той самой шконке, на которую претендовал в прошлый раз. — Я на свою постельку, никто не против?

Все те же сидельцы, правда без узбека, проводили меня тяжёлыми взглядами, и только Макака смотрел в сторону и потирал горло. Я бросил матрас и раскатал его на железных полосках.

— А Султан чего? — спросил я. — Откинулся?

— Султанчик в больничке, — с юродивой печалью ответил Гапон. — Ты же его покалечил, от теперь под себя гадит. Калека до конца дней. Да, Валера?

— Ага, — кивнул жирный боров Валера. — Нехорошо получилось, не по-людски.

— Это точно, — согласился я. — Думаю, урок он надолго запомнит.

— Да, — улыбнулся старший, — истину глаголишь. Истину.

Метла, сидел насупившись и молча переводил взгляд с одного своего дружка на другого.

— А Метла чего понурый? — спросил я, подходя к столу и усаживаясь на лавку.

— Точно, — кивнул Гапон. — Я ему отрезал. Не весь, самый кончик только. Чтоб думал, чего молотит. Заживёт. Ну, шепелявить теперь будет, но понять-то можно, чего хочет.

Метла отвернулся. Валера заржал, и пацан повернулся, бросил на него испепеляющий взгляд. Надо полагать, Валера держал, а седой пахан резал. О, времена, как говорится, о нравы.

— Ужин-то всё, мил-человек. Не знали мы, что ты вернёшься, притырили бы чего-нибудь.

— Благодарю, Гапон. Чайком не увлекаюсь.

— Точно-точно, ты уже говорил, — ухмыльнулся он. — Извиняй, запамятовал. Ты же как ясное солнышко пришёл и ушёл. Осветил лучиком и спрятался.

Валера заржал и как-то слишком уж плотоядно на меня посмотрел, будто примерялся. Видать ждали меня сволочи. Ждали. И не просто же так, а с целью. И цель эта довольно понятна. В лоб они больше не полезут.