Соблазн Черного

Каменную теплицу, где мы в начальных классах на уроках труда перебирали семена цветов для того, чтоб их к высадке на школьном участке подготовить.

Березу, возле которой постоянно фотографировались на общую фотку класса.

Лестницу, наружную, железную, ведущую на второй этаж к всегда закрытой двери. Что там, за той дверью, мы не знали, но догадки строили разные: от тайного кабинета директора до склада.

Мы на этой лестнице тоже играли, воображая что во дворце, и каждые десять ступенек – новая комната.

А вот в том углу, под спортивной лазилкой…

Я торопливо отвернулась, прикусив губу.

И тут же наругав себя за потерю контроля.

Во-первых, губы у меня сиреневой помадой были накрашены. И , вполне возможно, что и зубы теперь тоже. Хотя помада стойкая, но… Мало ли…

Во-вторых, нечего… Неважно это уже все.

К крыльцу подходили люди.

Много взрослых, кое-кто на солидных машинах. Они оставляли своих коней за пределами школьного двора, на парковке, и шли пешком.

И выражения лиц у них были… Ну, на мое похожие. Тоже с ностальгией и прикушенными губами.

Какие мы все-таки одинаковые!

Я улыбнулась и толкнула тяжелую дверь с отполированной тысячами детских ладоней и многими годами ручкой.

И уже в вестибюле , вдохнув полной грудью неповторимый школьный воздух, сейчас разбавленный всеми возможными запахами ,  от парфюма до перегара, остановилась в растерянности.

Народу было полно.

Они толпились, собирались в кучки, болтали, смеялись, разглядывали друг друга.

Прямо в середине вестибюля стоял столик с десятиклассником, записывающим всех подошедших, год окончания школы, литеру класса, а потом распределяющим по кабинетам.

Я подошла, дисциплинированно записалась.

Получила удивленное разглядывание, улыбнулась.

Хотя уже не особо ловко себя чувствовала.

На меня пялились. Причем, не сказать, что дружелюбно.

И в это мгновение маленькая девочка Леночка, застенчивая тихоня, очень сильно хотела спрятаться, а, возможно, и убежать.

Но независимый райтер, без пяти минут студент Берлинского художественного университета, Элен – только выпрямилась и небрежно повела плечами, стягивая пальто.

Пусть пялятся. Мне стыдиться нечего.

Я сегодня была во всем черном, что очень неплохо контрастировало со светлыми волосами.

Пирсинг в носу тоже сменила на черное кольцо, добавила черные здоровенные серьги в уши. Узкие, рваные на коленях джинсы, грубые ботинки, тонкий трикотаж футболки с вырезом. Яркий мейк в легком намеке на гранж.  Ничего особенного.

Но в глаза бросалась.