Соблазн Черного

- Так, я не понял, а какого хера они там делают? – возмущенно пробормотал Витя, осознав, что закрытая дверь тачки – это явно неспроста, и шагнул к машине.

- Витя, уймись, - на его пути неожиданно возник Вася, весело оскалился, - они там… разговаривают. Не мешай.

- Да охереть теперь! Разговаривают они! Этот шкет и так мою девочку всю кровищей уделал! Она столько пережила, испугалась!

- Вот он и успокаивает. Не кипишуй, Вить.

Три звезды, еще раз мазанув взглядом по машине, все же остановился, усмехнулся Васе:

- Вот ты купидон старый, не поздно тебе, а?

- Да в самый раз, - Вася повернулся, немного поморщился, повел плечом.

- Вот тебя бы в больничку, дядь Вася, - вмешался Колян, - и вообще, какого хера лезете вечно вперед?

- Да кто тебе сказал, что я лез? – натурально удивился Вася, привычно натягивая кепарик посильнее на глаза, - я же с Три звезды. Мимо проезжал!

- Вот куда вы, пердуны старые претесь вечно? – вопрос был риторическим, но Коляну надо было отвести душу хоть немного.

Но Вася, судя по всему, исчерпав на сегодня словарный запас, только усмехнулся, поправил опять кепарик и под внимательным взглядом Коляна спрятал руки с ободранными костяшками в карманы.

Это получилось у него настолько по-мальчишески, что злиться и увещевать уже было невозможно.

Колян вздохнул, чувствуя себя почему-то невозможно усталым, хотя, по идее, это они, старики, должны бы такое ощущать.

Кинул взгляд на все еще закрытые дверцы машины, где, судя по всему, у молодежи тоже был нереальный запас сил и энергии, раз умудрялись тискаться после всего пережитого…

И подумал, что, пожалуй, давно он с парнями не выбирался на пробег. Надо Дане идею подкинуть, он среди них самый лучший стратег и тактик, спланирует все четко и красиво.

А то год пропустили… И это прям чувствуется.

Зато теперь можно будет всех на байки посадить. Пацаны подросли, девчонкам тоже будет в радость. И даже мелкая Зверят кайфанет.

Здание на заднем плане горело, рядом переругивались самые крутые стариканы, которых он когда-либо встречал, в машине целовались племяшка и ее бешеный Веник.

А Колян думал про будущее.

И улыбался.

Жизнь продолжалась.

Эпилог 2.