Соблазн Черного

Лестница, поворот налево, сука, торпеды Ванюши! Вылетел на них. Заметили, рванули следом!

Черный умел драться в замкнутом пространстве. Колония научила.

Правда, убивать не приходилось. Но все бывает впервые.

У торпед были стволы, так что все честно.

Черный , лишь мельком глянув на свои уделанные в кровище руки, обтер их о штаны, провел рукавом по лицу, убирая явную красноту, встряхнулся.

Ну что, Черный, ты все же поучаствовал в гладиаторских. И победил. Сука-судьба, не уйдешь никуда.

Но плевать. Потом он, если придется, за это ответит.

Обязательно.

Но сейчас…

Он рванул дальше, уже торопясь, понимая, что нашумел. Одно успокаивало: наверху шума слышалось куда как больше.

А уже у нужной двери его догнал Витя с двумя суровыми мужиками. Они прошли дорогой, расчищенной Черным, не задерживаясь.

И дверь вынесли вместе."

"Веснушка сидела на стуле, прямо посередине комнаты. И выглядела целой, хотя и немного напуганной.

Черный , не обращая внимания больше ни на кого, шагнул к ней и опустился на колени.

Она смотрела на него сияющими счастливыми глазами, а Черный, словно под гипнозом, проводил ладонями по ее плечам, касался кожи, стремясь тактильно ощутить, что с ней все хорошо.

Что она цела.

Резанул веревки, освобождая покрасневшие запястья, приложил их к своему лицу.

Сзади что-то происходило. Хрипел холодно Витя, матерились его люди, орал на одной тоскливой ноте кто-то. Но это все не имело значения. Никакого.

- Веснуш… Моя Веснушка… Люблю тебя, люблю…

Он говорил это настолько тихо, что Веснушка, неотрывно глядящая на него невероятно огромными, завораживающими  глазами, наверно и не слышала.

Но ему не важно было.

Он для себя говорил.

Эпилог 1.

- А ты ведь совершенно ебнутый, да, Витя?

Колян  прищурился задумчиво на горящее здание, отметил, как хорошо, активно горит. Выгорит, сука, дотла. Никаких следов не останется. Умельцы, че уж…

Три звезды только невозмутимо пожал плечами:

- Я-то тут при чем, подпол? Я просто мимо проходил… Вон, дочку встретил…

Он кивнул на открытую дверь своего танка, где на заднем сиденье на коленях у Черного, правда в этот раз с красными прожилками, Веника удобно устроилась племяха.

Колян поморщился, припомнив, как ее пытались вытащить из кровавых страшных Вениковских лап.

Безрезультатно.

Она прятала лицо у него на груди, а сам Веник рычал зверем, не желая отдавать даже врачам на осмотр.

В итоге Колян, решив, что , раз не хотят, их дело, махнул на детей рукой.

Ему и без того хватало забот.