Сдавайся, колючка!

Придумывай вопросы, пока ищешь бумагу и ручки, – я опустилась на диван, устроилась удобно в углу.

– У меня много вопросов. Может, лучше в «крестики-нолики»? А то  не успею все задать. Мы одну-две игры сыграем, и спать.

– Можно в бутылочку, «действие или вопрос», - согласилась я.

– Эта игра мне определенно понравится. Я за бутылкой. Может, нарежем чего-нибудь перекусить?

Я вслед за Ромулом направилась в кухню. Нарезали целый поднос фруктов.

– Давай разложим закуски на столике в гостиной и приступим, – подхватив поднос.

– Бутылку не забудь.

Первой бутылочку крутила я и проиграла… Смотрит на меня, смеется. Подожди, все только началось.

– Вопрос, – выбрала я.

– Ты ведь приходила с Машей на наши игры? – я киваю. – За кого болела?

– Это второй вопрос, – довольно улыбнувшись, киваю на бутылочку. – Крути.

Азамат крутит… улыбается.

– Ну, отвечай.

– Может, я действие выберу? – решила немного поддразнить, а потом все-таки ответила: – За королей я болела, – созналась.

– Была в кого-нибудь влюблена?

– Я кручу бутылочку.

В этот раз удача улыбнулась мне.

– Вопрос или действие?

– Вопрос, – отвечает Азамат.

– Что ты подумал обо мне, когда впервые увидел?

– Если скажу правду, ты отсюда сбежишь, – лукаво улыбнувшись. Я молчаливо требовала подробностей. – В тот момент я захотел, чтобы на месте той девушки оказалась ты, и чтобы нас никто не прерывал. Я бы заткнул тебе рот поцелуем… – по моему телу разлилась волна жара.

Следующим бутылочку крутил Азамат. Я вновь выиграла.

– Почему ты уехал из Танзании?

– Мадина заболела. Ты же видела, как она отреагировала, когда увидела тебя? – я кивнула. Хотя ничего удивительного, я бы тоже впала в ступор, если бы узнала, что у моего брата жена и дети, о которых никогда не слышала. – Наш отец, когда узнал, что у младшей дочери диагноз, стал просто тираном. Он не хотел ее принимать, не мирился с диагнозом. По специальности врач, он ни одного дня не работал с пациентами. Занимал чиновничьи должности, а тут решил Мадину вылечить.

Сначала сам ее мучил, когда понял, что не справляется, стал приводить в дом специалистов, которые чуть ли не эксперименты на ней ставили. Мадина отказывалась принимать лекарства, практически здорового ребенка они чуть не угробили. К тому времени я уже достаточно возмужал и окреп, чтобы дать отцу отпор. Мадина не принимает лекарства во время болезни, если их не приношу я. Она доверяет только мне. Пришлось улететь, потому что сестра заболела.