Сдавайся, колючка!

– Поверь, будущее своей жены и детей я смогу обеспечить без чьей-либо помощи.

– А чем ты занимаешься, если не секрет? – заинтересовалась молодая женщина моей скромной персоной, пропустив мимо ушей слова Жанны о том, что я педиатр. – Я ведь ей почти как мать. Должна знать.

– Плохо отыгрываешь, почти мать, – усмехнувшись. Мои слова ее задели, Оксана бросилась вслед за падчерицей.

Вернулась колючка, я пытался ее отвлечь разговорами, ведь обстановка в доме была напряженная. Жанна предложила пойти перекусить, я не думал отказываться.

Не знаю, о чем происходил разговор в кабинете, но в какой-то момент мачеха Жанны вспомнила обо мне.  Будущий тесть, позабыв о том, что он конкретно так накосячил в своей жизни и нужно с этим как-то разобраться, решил переключиться на нас. Увидев меня, он потерялся.

–  Вы? Азамат Тагирович?

– Здравствуйте, Аркадий Романович, – поднялся и протянул руку, которую он автоматически пожал.

– Оксана сказала, что Жанна с женихом пришла…  – переводит взгляд.

– Пап, твоя жена никогда тебя не обманывала, – Жанна вредничала и еще больше запутывала отца.

– Мы с вашей дочерью встречаемся, – прямо заявил.

– Встречаетесь?

– Угу, уже часа два, как я дала согласие, – колючка наслаждалась растерянностью отца и продолжала его шокировать.

– У нас тут небольшие семейные неурядицы. Я бы хотел с вами поговорить, когда все немного разрешится.

– Если ты продолжишь так же нерешительно действовать, то эти маленькие неурядицы станут большими, и разрешить их быстро не получится, – уколола родителя колючка.

– Жанна, не лезь в мужской разговор! – в голосе Аркадия Романовича появились стальные нотки.

– Я могу вообще не лезть. Сейчас соберу вещи и перееду к своему жениху, а ты тут сам разбирайся с женой, двумя любовницами и близнецами, – Жанне нравилось  провоцировать отца. Я понимал, что она выплескивает свое разочарование, обиду и боль.

Из всего ею сказанного мне очень понравилось «соберу вещи и перееду к своему жениху», я обеими руками «за».

"– Двумя? – раздался возмущенный голос Оксаны.

– Может, и больше. Ты ведь не думала, что одна такая неотразимая, – теперь колючка переключилась на мачеху.

– Жанна, ты себе слишком много позволяешь! – прикрикнул на нее родитель. Конечно, она провоцировала, но меня это задело. Аркадий Романович понял это по моему взгляду.

– Оксана, вернись в кабинет! Мы с вами еще поговорим, Азамат… Тагирович.