Ретроград: Ретроград. Ретроград-2. Ретроград-3

Оставалось еще восемь минут, но Поскребышев показал мне рукой на дверь. Уйти из этого медкабинета было благом, тем более, что барин подошел к столу Поскребышева и глотал стаканами воду.

Представился. У Сталина на лице появилось подобие улыбки, он впервые видит меня в форме командира РККА.

– Вживаетесь, товарищ инженер-полковник?

– Так… Да, товарищ Сталин!

– Тогда почему приказ председателя Государственного комитета обороны Вы не выполняете?

– Тот, что провели испытания не в Тушино, а в Чкаловском? Там народа очень много собралось, у кого-нибудь могла найтись 8-мм «Agfa» «Movex 8» или, не дай бог, 16 мм «Сименс», и наш секрет был бы у Гитлера в кармане, поэтому я и отвернул.

– Так это вы, оказывается, сделали! А генерал Филин взял это на себя.

– Он был во второй кабине. Товарищ Сталин! Война еще не началась, сейчас идет битва конструкторов: выше, дальше, быстрее. И каждому из них хочется, чтобы его машина была лучшей. В ход идет все, в том числе и шпионаж, технический.

– Да, идет, и НКВД докладывает, что генерал Филин и, как выясняется, вы, сорвали операцию по поимке немецкого разведчика, которого собирались взять с поличным во время этой съемки.

– Там мог быть не один такой аппарат, и с гораздо большей скоростью съемки. Я не хочу рисковать и подставлять разработки под камеру."

"– Мы это поняли, тоже самое говорил и товарищ Филин. Но, я спрашиваю о другом приказе, запрещающем лицам, находящимся под охраной оперативного отдела, летать самолетами. Вполне достаточно тех жертв, которые понесла страна в авиакатастрофах.

– Товарищ Сталин, но я – летчик и авиаконструктор. Это моя работа, а вы серьезно ограничиваете этим скорость моих разработок. Я не спорю, что условия для работы мне созданы идеальные. Оперативный отдел работает просто сказочно. Никаких бытовых нужд не стало. Занимайся своим делом, и мы тебе во всем поможем. Но я – довожу самолеты. Я их должен чувствовать. Я так работаю всю свою жизнь.

– Другие авиаконструкторы беспрекословно выполняют эти требования.

– Я могу назвать несколько человек, которые просто не докладывают об этом. Но не хочу этого делать. Кстати, Поликарпов очень болен, ему требуется операция и как можно раньше. Рак.

– Мы обязательно направим его на лечение к Бурденко. Я подумаю о том, что вы сказали. Но я вас пригласил не для этого. Страна испытывает острую нехватку полезных ископаемых. По нефти у нас разговор уже состоялся. Возьмите вот эту карту и поработайте над ней.