Счастье по завещанию. Книга 2

Поэтому я рассказала обо всем тому, кому я действительно доверяла. Почти весь мой рассказ поместная нервно летала туманным шаром по комнате, но стоило закончить, как она возникла рядом и просто обняла меня, притянув к себе.

— Штрадалица ты моя! — посочувствовала Верея.

— Понимаешь, в том, что виновата Шеридан я не сомневаюсь, но Закари… Он не виноват! Я чувствую!

— Вот и штой на швоем! Не жабывай, кровушка драконья — не водица, не дашт ошибитьша! Чаю выпьешь? — поинтересовалась она.

— Выпью! — я ведь действительно за ужином не успела поесть.

Кусок в горло не лез от взглядов ректора и Клариссы. — У отца тоже кровь драконов была, а он не справился.

На столе появился пирог, украшенный свежими ягодами земляники. Аромат детства поплыл по комнате. Такую выращивали в оранжерее Торнборна. Два вида варенья, нарезка рассольного сыра, фрукты и пузатый чайник, из носика которого струился пар.

— Не шовершай его ошибок. Эдвард был умен, но никому не доверял. Даже мной командовал.

Верея подай, Верея принеши… Не отталкивай тех, кто помочь шпошобен, шердцу доверяй, ражума шлушайшя.

Она налила в чашку чай и пододвинула дымящийся напиток ко мне.

— Ты знала, что красноглазые сущности — это отобранные души? — спросила ее я.

— Души умирают, оштаетшя жло, — печально отозвалась моя нечисть.

Что ж, понятно, что для красноглазых нет обратного пути, но в храме есть и другие. Возможно, драконы помогут с этим справиться. Про подземелье я тоже все рассказала Верее, как и про встречу с Анхельсемом.

— И что он шкажал? Только дошловно, — оживилась поместная.

— Кто ищет ответы, тот их найдет в полдень седьмицы последнего дня на месте, где обрел дар бесценный, от сердца подаренный, — повторила фразу мэтра Анхеля. — И я не растерялась. Подумала, что речь идет о пещере, в которой королева поделилась своей кровью с одним из моих предков. Вряд ли мне по силам туда добраться."

"— Шомневаюшь, — авторитетно заявила Верея.

 — Ты им шильно нужна, как и они тебе. Шедьмица — неделя, пошледний день пошлежавтра. Теперь дар. Бешценный. Беш цены, жначит. Кто нам жеркальце дарил? А ведь не раж оно тебе шгодилошь!

— Бытовой маг на площади! Друг отца! Там его лавка! — слова Анхельсема приобретали смысл. Кроме того, вспомнился рассказ Шортера о том, как он следил за странным преподавателем. И теперь все сходилось.

Значит, послезавтра в полдень я поговорю с драконами.

Неплохо.