Развод. Мне (не) нужна твоя любовь

А теперь недоволен? Если он считает, что, кроме всего остального, подготовить праздник для ста с лишним гостей так уж легко, то…

Додумать эту мысль не успеваю, потому что Артур разражается новой тирадой:

— Тебя больше волнует поступление Полины в универ, успехи Паши и этот праздник, чтоб его! Ты в последнее время не обращаешь на меня никакого внимания.

С каких пор обсуждать успехи и сложности детей стало преступлением? Да и насчет внимания муж лукавит. Наоборот, я в лепешку расшибаюсь, чтобы все временные задачи никак не сказались на наших с ним отношениях.

— Артур, но это же неправ… — пытаюсь сказать, но муж меня перебивает:

— Никакой в тебе спонтанности, яркости. — Секунду молчит и добавляет: — Ты хоть представляешь, как на меня смотрят женщины? Молодые, эффектные.

В этот момент сердце пропускает удар, замерзает и идет трещинами.

Оказывается, это очень больно — услышать такое от любимого мужа. Особенно, когда тебе сорок, и ты уже не так свежа и хороша, как в двадцать лет, когда выходила за него замуж.

Честно сказать, уже начинаю жалеть о том, что вообще завела этот разговор.

— И вообще, душу ты мне не радуешь! — острыми раскаленными иглами впиваются в сердце слова Артура.

И так он выделяет «ты», что с моих губ сразу слетает закономерный вопрос:

— Значит, тебе ее радует кто-то еще?

Душу я ему не радую, видите ли. А как же его слова «Ты — моя душа», которые он повторял не раз и не два? Я лишена этого статуса?

Интересно, с каких пор?

— Ну же, говори! — повышаю голос, в котором проскакивают надрывно-истеричные нотки.

Я вскакиваю со стула и вынужденно опираюсь ладонями о стол, потому что колени подгибаются от внезапно охватившей меня слабости.

— Я еще раз спрашиваю, у тебя другая?

Не моргая смотрю на Артура, до последнего надеясь, что он сейчас скажет, что никого у него нет.

— Вот вечно ты так! — злобно выпаливает муж. — Я намеревался все обсудить спокойно. И не сейчас. Ну, раз ты так хочешь… да, у меня есть другая. Я как будто знал ее всю жизнь.

Пока я обалдеваю от услышанного, он добивает меня:

— Нам пора рассмотреть альтернативу нашему браку.

Ноги все-таки подкашиваются, и я снова опускаюсь на стул.

Другая. У него все-таки другая.

Как я умудрилась не заметить?

— К-какую альтернативу браку ты имеешь в виду? — спрашиваю наконец. Кровь приливает к лицу, и щеки начинают пылать от внезапной догадки. — Только не говори мне, что требуешь свободных отношений. Я никогда на такое не пойду, и тебе об этом прекрасно известно.