Пробудить легенды

Это было просто невероятно! А ещё я поняла, от чего Комаров в таком восторге! Он видел своих родных! И вот теперь это получилось и у меня. И это совсем не одно и то же, как их воспоминать! Совсем не одно! Видеть и слышать своих близких – это благословение свыше! Если бы я не верила в Бога, то сейчас бы точно узрела Его силу! Всех восклицаний мира не хватит, чтобы передать тот восторг, который я испытала!

– Папа…

– Нет. Это… не я, Сонюшка. Всего лишь… твои… воспоминания. – И опять карусель знакомых лиц.

Мы с бабушкой готовим пирог для мамы.

Я охнула, потянувшись к медленно растворяющемуся Арсению, но образ старшего брата растаял на пироне, где я встречала его после армии.

– Понравилось?

Лицо Павла возникло из темноты, возвращая цвета и тени широкого коридора ковчега.

У меня язык будто бы к нёбу прилип.

– Круто, да? Невероятный дар! Арвэн говорит с нами голосами нашей памяти. Только Дуату недоступен такой способ общения. Телепат… что с него взять? Он читает мысли машана без тактильных действий.

Я смотрела на грустно улыбающегося старичка и думала только об одном: «Вот бы он снова коснулся меня! Господи, как же я этого хочу!!»

Паша что-то говорил и говорил, но я совсем его не слушала, борясь со своими опасными желаниями.

«Нет! Это неправильно! Это как зависимость! Жуткие мучения, на которые я сама себя обрекаю, желая испытывать возможности дара Арвэна. Так нельзя!»

– … Грил заставил меня уйти. Сказал, что сила машана должна быть дозированной, иначе можно сойти с ума.

"– Что ж. Я получила ответы на свои вопросы, – с трудом сглотнув скопившуюся во рту горечь, сделала шаг назад. – Нам пора… на часах ночь.

– Да…

Машан остался стоять у стены, печально следя за нашим медленным уходом.

Ноги шли из-за чистого упрямства, которым я подгоняла себя, убегая дальше от учебного сектора.

Паша что-то сказал и свернул на развилке, уходя в сторону своей комнаты.

– Ох, Барсик! Как же мне их всех не хватает!!

Барс принялся вырываться, отказываясь от таких ненормальных объятий.

Я выпустила его и подошла к раковине, чтобы умыться.

Холодная вода привела в чувство. Рыдания растворились на зачаточном уровне.

– Всё хорошо, – повторяла я снова и снова, как мантру, отказываясь снова тонуть в жалости к себе.