Пристроить Коляна

Посторонние шумы просто перестают существовать.

Остается только странная звуковая аномалия, словно свист в ушах. Словно лечу я, как снаряд, в родную воронку. Опять. В ту же.

Злючка, резко развернутая за локоть, растерянно смотрит на меня. Глаза ее… Чеееерт… Упасть бы и умереть. Прямо тут. Возле нее. Но нихера. Я злой. Очень злой.

— Ну привет, Вера.

Говорю спокойно, держу крепко. Ее кавалера игнорирую.

— Коля? Что ты здесь… — она растерянно дергает локоток, но вот уж нет. Больше нет."

"— То же, что и ты, естественно.

— Что? Ты вообще… Да ты дурак? Такие вещи мне говорить? Да ты…

Она краснеет, личико кривится, меня полощет болью и злостью. И похотью. У нее голые руки, и кожа нежная под моими пальцами железными. Сжимаю, причиняя боль. И не могу остановиться. Не могу.

— Эй, парень, ты не вовремя… — а вот зря ты вмешиваешься, мужик. Зря.

Разворачиваюсь, оскаливаюсь по-звериному.

И, видно, столько злобы в моем лице, что кавалера Веры относит в сторону.

А я опять поворачиваюсь к ней.

Дергающейся в моих пальцах. Но соблюдающей приличия. И потому окружающие не видят и не понимают происходящего.

— Отпусти! Ты слышишь? Дурак! Изменщик! Подлец!

Она шипит это сквозь зубы, и прям видно, что не шутит. А меня вставляет. Сильно, черт!!! Не знаю, в чем дело. В ее близости, в моей злости… Неважно.

— А чего так? Ты же не просто так приперлась? Согласилась?

— Да о чем ты, дурак?

— О том, что дрянь ты, Вера. Дешевка. Быстро же ты про меня забыла, а? Или вообще не вспоминала? — перехватываю второй ладонью хрупкое запястье, потому что эта коза решила меня по роже отоварить.

Нет уж! По моим правилам играть будем теперь!

— Что ты себе?.. — пыхтит, дергается, — что ты?…

— Ты думаешь, я не знаю, что эти козы решили тебе мужика подогнать? И ты это знала. И все же приперлась сюда. Вопрос: зачем? Ответ: за мужиком. Да?

Она отрицательно машет головой, волосы разлетаются, прядка застревает в уголке губ. Я смотрю и глаз оторвать не могу.

Никакого другого мужика у нее уже не будет. Я об этом позабочусь.

Она оглядывается, рвет запястье из моих рук, но бесполезно!

Я резко дергаю ее в уголок, как паук муху. И с теми же намерениями. Сожрать.

Вера, видно, не до конца осознает свое положение, или, может, чувствует себя в достаточной безопасности (и вот зря!), потому что не начинает вопить, а просто пытается выкрутиться.