Сердце дракона. Том 16

Вес:24 кг]

— Этого должно хватить, — произнес он и начал циркулировать энергию так, как это было описано в технике медитации Пути Среди Звезд.

Безымянный перевел взгляд с Аштари на цветочный луг. Цветы больше не радовали его глаз. Небо не будоражило сознание мыслями о приближающейся буре.

Все померкло.

Выглядело серо.

Безразлично.

— Ляо Фень был прав, когда говорил, что рядом с тобой все бессмысленно и бренно, — Безымянный отложил Ронг’Жа и поднялся на ноги. Он подошел к цветку и, наклонившись над ним, укрыл ладонями от Аштари.

Богиня какое-то время сверлила взглядом спину бывшего генерала Седьмого Неба, а затем, звеня браслетами, отмахнулась.

— Ты слишком много времени проводил с мудрецом, — её голос, лишь на мгновение, звучал как-то… иначе. — Его слова отравили твое сознание.

— Мудрость — яд, — кивнул Безымянный. — Мудрец так и говорил. Маленькое её количество, как лекарство, делает жизнь лучше, а большое, наоборот, лишь тяжелее. Я этого не понимал. А теперь, иногда, думаю, насколько тяжела была жизнь мудрейшего из живших, живущих и тех, кому предстоит жить.

— Боги не живут, Генерал, мы…

— Существуем, — перебил Безымянный. — представь, Аштари, что за бремя несет Ляо Фень. Знать, что не живешь, а существуешь. Иметь силу — это исправить. Но мудрость — оставить все, как есть.

— Ну, если тебя так заботит судьба моего дяди — не расстраивайся. Его страдания вскоре закончатся. Не пройдет и сотни народ, как народ Гиртай погибнет, а вместе с ними угаснет и Ляо Фень.

Безымянный обернулся к Аштари. Разумеется сейчас, будучи смертным, он не смог бы отличить, лжет ему богиня или говорит истину. Но этого и не требовалось. У Аштари не имелось ни единого резона говорить неправду.

— Он взял себе ученика, — она крутила в пальцах одуванчик и смотрела на небо.

— Белую змею?

Она кивнула.

— Ляо Фень говорит, что змея, обретя мудрость, станет… как же он сказал… драконом? Кажется да, так называется то имя, которое он хочет дать своему ученику. Белый Дракон.

Ученик бога мудрости… в свое время Безымянный просил мудреца об этой чести, но тот отказался. Он сказал, что сильный — выживает, мудрый — процветает. И мир не может состоять лишь из одних. Ибо мудрость без силы — глупость.