Отдаленные последствия. Том 2

И при этом она каждый месяц жертвует несколько часов, а то и целый день на то, чтобы разобрать бумаги и аккуратно разложить их по папкам, причем не абы как, засовывая под верхнюю корочку, а строго в хронологическом порядке. Восемьдесят с гаком. Движения уже не быстрые и не точные, наверняка дрожат руки, да и зрение не как в молодости. Все делается медленно. Зачем она тратила драгоценные часы столь нерачительно? Где логика в ее поведении?

Логика зачастую именно в отсутствии логики. Ибо человек противоречив, многогранен, необъясним и непредсказуем.

Она снова достала телефон, но позвонила на этот раз Зарубину. Если Ромка занят, то, может, хотя бы Серега ее выслушает.

– Пална, давай в темпе, – быстро проговорил Зарубин в трубку, – ко мне уже народ идет совещаться, у нас тут грандиозный прорыв.

– Семьи тех, кого приговорил Выходцев, – коротко сказала Настя.

– И что с ними не так?

– Срочно проверь, не приходил ли к ним кто-нибудь в последнее время.

– Какие еще вопросы?

– Любые. Главным образом о том, хорошо ли искали тех, кто убил их близкого, старались ли, как вели себя с членами семьи жертвы. Не грубили ли, не хамили. Ставили ли в известность о том, что дело прекращается.

– Аська, я тебя не понимаю… Ты о чем вообще?

– Я о том, что сейчас очень в тренде писать о плохой работе полиции и следствия.

Зарубин выругался грязно, витиевато и от души.

– Ты всерьез думаешь, что так может быть?

Судя по вопросу, он отлично понял ход ее мысли.

Она слышала появляющиеся в кабинете Сергея голоса, звук отодвигаемого стула. Нужно заканчивать разговор. Но ей так важно, чтобы Зарубин ее понял!"

"– Сереж, может быть что угодно и как угодно. Потому что человек необъясним и непредсказуем. Надо проверить сейчас, чтобы потом не рвать на себе волосы.

Дзюба

Родственники Алексея Пруженко, первой жертвы Выходцева, проживали во Владимире, ехать к ним времени не было, пришлось звонить.