Отбитая

— Нет, мне в эту же сторону.

— Врать не хорошо, Великан, ой как нехорошо! Я же видела твою ладонь, ты не здесь живёшь.

— У меня на ладони адрес по прописке был написан?

— Ага ещё и печать об отсутствии судимости, а вот штампа о браке там не было, — хохотнула девушка и кивнула на приборную панель. — Чего конфетку не ешь, не нравится мята?

— Не люблю сладкое.

— Не любишь сладкое? — вытаращила глаза она. — Ты нормальный вообще? Как можно не любить сладкое? Ты реально что ли маньяк? Я вот обожаю сладкое! Жить без него не могу!

Она вытащила изо рта карамельку и придирчиво осмотрела её остатки.

— Да когда ж жвачка то будет? Внутри самое вкусное! Заколебалась уже сосать! Язык устал!

Вадим отвернулся от неё, пряча улыбку на лице, он в это время подумал совсем о другом.

— Что у тебя, фантазия разыгралась, Великан?

— Я не Великан. У меня есть имя, — решил урезонить её тот самый Великан.

— И оно меня не волнует! Я же сказала, официально познакомимся попозже, а пока вот так! — пожала плечами она.

— Кто? — нахмурил брови он в ответ на её странный вопрос.

— Есть такая детская книжка, «Тим Талер и проданный смех», про мальчика, который в обмен на денежный успех продал свой смех и улыбку. Так вот, ты мне ни разу не улыбнулся за всё это время, ты случайно свой смех на эту тачку и другие блага цивилизации не обменял? Только насмехаешься надо мной, мне это не нравится!

— Детские книжки в свободное время читаешь? Тебе сколько лет, девочка?

— Ты слепой что ли? Какая я тебе девочка? Ничего не попутал, дядя? — насупилась она.

— А вот грубить мне не стоит, Отбитая. Ты меня впервые видишь. Я могу быть кем угодно, а ты уселась рядом с незнакомым мужчиной и его раздражаешь.

— Я твою ладонь видела, забыл? Там ничего не было про то, что ты злой человек. Поэтому я так спокойно к тебе села в тачку. Я тебя раздражаю? Так ты так и скажи, я сразу уйду! Я не из тех, кто навязывается!

Она выжидающе смотрела на него, округлив глазки, но он лишь покачал головой, промолчав.

— Всё, я задолбалась, разгрызу его нахрен!

В машине послышался громкий хруст, затем она достала пустую палочку изо рта и засунула её в свой карман, предварительно завернув в салфетку. То, что она не стала мусорить в его машине добавило ей очков репутации в глазах Вадима, не любил он грязнуль.