Охотник

Налоги, политическая и судебная продажность, нравственное и общественное разложение, предубеждение управляемых новостных и развлекательных СМИ, надвигающийся экономический застой – со всем этим зрители Сола были знакомы на собственном опыте, хотя и не до конца понимали – в проповедях Сола были прямо увязаны с властью, которой обладало в Соединенных Штатах племя, убившее Христа. Он нес свое слово просто и убедительно, и зрители воспринимали его всем сердцем. Число их постоянно росло, несмотря на прекращение передач Сола многими станциями, потому что миллионы нефундаменталистов подключились к ней из любопытства после начального взрыва осуждений его в СМИ, а затем, войдя во вкус, взволнованно обращались к своим друзьям, также подключиться.

Обнародованные в середине сентября опросы Нильсена показали, что число зрителей Сола возросло с примерно девяти миллионов в предыдущем месяце до почти 12 миллионов, несмотря на потерю им 45 процентов станций.

Беснование евреев не знало пределов. Хотя средства массовой информации хранили молчание по этому вопросу, само еврейское сообщество и его печатные издания бились в истерике.

Безработица в октябре превысила 17 процентов. ФБР отказалось сообщить последние данные по преступности по стране, но местные данные там, где они были опубликованы, отражали ее стремительный рост. Грабежи с насилием, кражи и вооруженные ограбления стали такой постоянной опасностью в городах, что Белые почти не появлялись на улицах ночью, оставив их бандам нацменьшинств и полиции.

Те Белые, чья работа вынуждала их находиться на улицах в темное время суток, старались передвигаться группами, держа двери машин на замке и боясь какой-нибудь поломки, а также постоянно беспокоясь о безопасности своих оставленных неохраняемых домов. Магазины и склады, которые раньше работали ночью, с наступлением сумерек надежно закрывались на все засовы и стальные ставни на окнах. Люди, которые занимались установкой сигнализации, засовов, укрепленных ставней, оконных решеток и других устройств безопасности, пользовались спросом как никогда раньше.

Гражданские беспорядки также стали почти повседневностью, несмотря на драконовские меры правительства по удержанию их под контролем. Частые марши и демонстрации протеста против экономических условий очень часто заканчивались столкновениями с полицией или другими актами насилия. Группы безработных бездомных захватывали свободные здания, и их изгнание полицией редко проходило мирно.