Нежная мятежница

Но тебя так развлекала идея запутать меня в долгах, что мне просто не хотелось мешать, — произнес Энтони, демонстративно опуская глаза долу. Затем хмыкнул и поднял пальцами ее подбородок. — Но правда заключается в том, что ты могла бы переоборудовать еще сотню домов, и я бы даже не повел бровью.

— Но ты не можешь быть так богат!

Он довольно рассмеялся:

— Наверное, не мог бы, не будь у меня брата гениального во всем, что касается денег. Про Эдварда говорят, что он превращает в золото все, к чему притронется. Именно ему мы и поручили вести финансовые дела нашей семьи.

Если после того, что произошло в нашем городском доме, он тебя не устраивает, можно переехать. У меня есть несколько имений неподалеку от Лондона, а также поместья в Кенте, Нортамптоне, Норфолке, Йорке, Линкольне, Уилтшире, Девоне…

— Хватит!

— Тебя так огорчает, что женился я на тебе не из-за денег, дорогая?

— Как бы там ни было, а их у тебя прибавилось, — решилась до конца расставить все по местам Рослин. — В соответствии с брачным контрактом я сегодня утром открыла счет на твое имя.

После сказанного ранее сообщение прозвучало довольно нелепо. Энтони совсем развеселился:

— Думаю, что тебе лучше всего еще раз съездить в банк и отдать эти деньги в рост для наших детей. И коль мы уж об этом заговорили, ты должна знать: я хочу сам тебя обеспечивать. За одежду для тебя, драгоценности, любые украшения платить буду я.

— А что мне прикажешь делать со своими деньгами? — несколько резковато спросила Рослин.

— Все что угодно. Есть многое, на что еще можно потратить деньги.

Кстати, будет неплохо, если ты станешь советоваться со мной и по поводу того, как собираешься расходовать свои деньги. По крайней мере это поможет нам в будущем избежать недоразумений типа сегодняшнего.

Итак, самостоятельностью ей предлагается немного поступиться. Это раздражало. Но женское сердце Рослин не могло не почувствовать удовлетворения от слов мужа, тем более что упомянул он о детях. Об их будущих детях! Сердце подсказывало, что речь идет о благополучном разрешении той самой мучающей ее проблемы.

— Если наша дискуссия требует продолжения, то не лучше ли нам перенести ее с улицы в дом, — предложила она.

Энтони усмехнулся ее почти официальному тону. У него были свои виды на продолжение разговора, связанные с тем неописуемо приятным чувством, которое он испытал, когда она так доверчиво, прижималась к нему по дороге сюда. Что бы она ни говорила, а это было предложение мира, и ему следовало ответить тем же.