(Не) отец моего малыша

Лишь выпила крепкого чаю с сахаром. Повезло, что сегодня мама трудилась на ночном дежурстве, в районной больнице, иначе, заподозрила бы неладное в моём состоянии раньше, чем я бы ей сама призналась.

Надежда на то, что тесты ошибаются была совсем крошечной. Интуиция давила на виски, мол, не сомневайся даже! Ты действительно в положении!

Приехав в поликлинику, сделав глубокий вдох, постучав, вошла в кабинет участкового гинеколога. Пообщавшись с Варварой Викторовной, расположилась на смотровом кресле. Задержав дыхание, застыла.

Скованная, напряжённая… в ожидании услышать шокирующую весть. Уже официально и крайне точно. Как бы там ни было, я мысленно заставляла себя соблюдать спокойствие и ни в коем случае не нервничать. Иначе, будет только хуже.

Когда Варвара Викторовна огласила заключение, я не сразу его услышала. Сердце стучало где-то в висках, делая из меня глухонемую, а перед глазами мигали чёрные пятна.

Беременность подтвердилась. Сначала осмотром, а затем, через два дня, я получила анализ крови.

Срок – пять-шесть недель.

Я не помню, как вышла из поликлиники, не помню, как добрела до остановки, как снова вернулась на работу. Кажется, словно моё тело существовало само по себе, отдельно от разума, на каком-то отточенном до привычной рутины автоматизме.

Имея на руках все необходимые документы, я сразу же решила поставить Большакова на место! Теперь не отвертится!

Немного придя в себя, смирившись с неизбежным, направилась в логово бездушного монстра. Долго топталась под дверями кабинета главного.

Однако, босс приехал только вечером. И, судя по всему, он был без настроения.

Пронесся мимо меня, словно разрушительный тайфун, даже не удостоив не только взглядом, но и словом. Щёлкнув замком, Кирилл быстро переступил порог кабинета. Хорошо ещё, что дверью перед носом не грюкнул, демонстрируя свой неуравновешенный характерец, а оставил нараспашку.

Он молчал. Напялил очки, погрузившись в какие-то, разбросанные по всему столу бумаги. Неудачный период для выяснения отношений я выбрала.

Ибо наш филиал сейчас сидел словно на огромной пороховой бочке, фитиль от которой сжимался в руках Большакова младшего. От директора буквально фонило энергетикой злобы, поскольку он уже несколько дней подряд дрючил весь офис за уши, считая наш филиал, самым худшим кладезем неудачников и ленивцев.

Ко мне это не относилось. Я была уверена, что если Кирилл вздёрнет меня за шиворот, вникнув в мои отчёты, то не найдёт там ни одной погрешности.

Даже самой мизерной.