Не отдам

— Впрочем, даже ходить никуда не придется, они ведь есть в доме, так? — спросил он, буравя ее строгим взглядом.

— Я же сказала, уже делала тесты, — тихо повторила Лора.

И этот ее тихий, почти виноватый тон еще больше убедил его в том, что она соврала.

— Мы сейчас пойдем в ванную, и ты сделаешь тест при мне, — процедил он зло.

Глава 8. Одна полоска или две?

Лора смотрела на мужа совершенно непонимающим взглядом. Что он хочет? Неужели ожидает, что она при нем сделает тест?

— Я не буду! — сказала она, упрямо сжав кулаки.

Но Эмиль даже слушать ее не стал. Крепко сжал ее локоть и потянул в сторону ванной. Лора попыталась сопротивляться, но разве с таким бугаем справишься? Он попросту обвил рукой ее плечи и повел, как будто она капризный ребенок.

Когда они оказались в ванной, Эмиль решительно шагнул к зеркальному шкафчику у раковины, взял аптечку, достал оттуда тест.

— Вперед, — скомандовал строго.

— Я не стану делать это при тебе, ты что? — заголосила она.

Даже в страшном сне не видела, что придется делать подобное.

— Нет! — Лора усиленно покачала головой. — Отстань от меня!

— Ты не выйдешь из ванной, пока не сделаешь тест, — отчеканил он, буравя ее взглядом.

И тогда она взмолилась:

— Эмиль, пожалуйста, только не при тебе…

— Ты стесняешься, что ли? — наконец дошло до него. — Это естественный процесс, нормальный…

Но Лора была решительно не согласна.

Разве может быть естественным то, что он притащил ее в ванную чуть ли не силком? Или то, что он хочет проконтролировать, как она будет делать тест? Или факт, что муж отчего-то посчитал, что может спокойно ей изменять? Ничего из этого, по мнению Лоры, даже в параллельной вселенной не могло считаться естественным и уж тем более нормальным.

— Пожалуйста, выйди! — попросила она сдавленно.

Эмиль застыл, продолжая гипнотизировать ее тяжелым взглядом. Видно, что-то для себя решал. Через несколько бесконечно долгих секунд все же кивнул.

— У тебя пять минут, я жду за дверью.

Он ушел, оставив ее одну.

Лора сжала коробку с тестом и быстро заперла дверь.

Оставшись одна, наконец выдохнула.

Глаза ее мгновенно увлажнились, и весь ужас пережитого разом обрушился на ее бедовую голову. Ванная комната, еще утром казавшаяся ей родной и милой, теперь виделась тюремной камерой, из которой не было выхода. Даже самого малюсенького окна — и того в ней нет. Хотя что ей дало бы наличие окна? Живут на семнадцатом этаже.