(не) детские сказки: Жена для Синей Бороды

Мелькнуло сумасшедшее желание пробежать по дороге, смеясь как в детстве, вскинуть руки и ловить снежинки языком. Но я лишь любовалась зимними красотами. Подобное поведение недопустимо. Ощущение снежинок на языке осталось в далеком детстве.

Жерар подставил руку, чтобы я на нее оперлась. И мы продолжили свою неспешную прогулку по городскому парку. Точнее попытались продолжить. Кто-то вдруг схватил меня за вторую руку, останавливая. Резко дернул разворачивая. Взгляд сначала уткнулся в серебряные пуговицы пальто на широкой груди мужчины.

Но медленно рассматривать человека, что так бесцеремонно вторгся в идиллию зимней прогулки, мне не дали. Мужские пальцы грубо обхватили подбородок, запрокинули голову, заставляя меня посмотреть в глаза незнакомца. Ярко-синие. Они напоминали сапфиры, сияли гранями и затягивали в свой омут. И я утонула в них, забывшись на долгие мгновения вечности.

Опомнилась я не сразу, лишь когда раздалось недовольное покашливание Жерара.

— Герцог Легре, я требую, чтобы вы отпустили мою невесту.

Легре? Глаза расширились от испуга, огромных трудов стоило подавить вскрик. Только сейчас я рассмотрела его лицо с резкими чертами и густыми бровями, нависающими над необыкновенными глазами. Квадратную челюсть прикрывала аккуратная борода. Черная, с необычным синеватым отливом. Мы никогда прежде не встречались, но я знала, кто передо мной. Слава идет впереди герцога Доминика Легре. Уважаемый королем род, а сам герцог обладатель множества титулов. Но знали его не поэтому.

В городе ходило множество противоречивых слухов о хозяине Грифоньего гнезда — одинокого замка на скале. Последний из них о том, что герцог зверски убил свою любовницу. За глаза его называли Синяя борода, и это имя вселяло ужас в сердца жителей города.

Хватка на подбородке ослабла. Я сразу отпрянула от мужчины, не сумев сдержать судорожного вздоха. И наверное только то, что Жерар поддержал меня за плечи позволило не упасть на ставших вдруг ватными ногах.

— Что вы себе позволяете? — зло спросил Жерар.

— Ваше имя, юная леди? — холодно произнес герцог, поправив трость на сгибе локтя.

— Изабель Лакруа, — ответил за меня Жерар. — Но для чего вам ее имя?

Герцог вновь проигнорировал вопрос Жерара. Синие глаза прищурились, оглядывая меня задумчиво.

— Лакруа… Лакруа… — протянул он. Твердые губы в обрамлении синеватой бороды дернулись в подобии улыбки. — Знаю такой род, — и подбросил трость, перехватив ее в полете второй рукой.