Мой бывший предатель

Могла.

Сейчас стою напротив девушки на балконе. Краем глаза на монитор смотрю. Там сын спит.

Мой сын, получается.

Мозги словно через мясорубку пропустили. Фарш и хаос. Чёткой мысли — ни одной. Всё крутится вокруг того, что у меня сын есть.

Мой.

Это — мой.

И тогда, два года и семь месяцев назад… Всё тогда к чертям полетело. Из-за меня. Из-за моей ошибки в расчёте.

— Ты не имеешь права, Дубинин, — в который раз повторяет Мара.

Не имею. Знаю. Морального права никакого нет лезть. Но это — мой сын. Мой ребёнок.

У нас с Марой получилось.

Нет права.

Но юридически — есть. А мы с Марьям — юристы. И оба понимаем, что в случае суда — я выиграю. Я получу опеку. А если она противиться начнёт, так условия лучше будут.

Но я суда не хочу. Без грязных разборок и попыток утопить друг друга. Мирное соглашение — лучший вариант.

— И всё же, Мара, — получаю в ответ очередной злобный взгляд. — Как решать будем?

— Никак, — цедит, обхватывая себя за плечи. Мёрзнет. — Ты…

— Ты замёрзла.

— Кирюша спит. И я не стану его будить из-за разборок с тобой!

— Хорошо. Тогда утром. Ты ведь хотела встречу? Она состоится.

— Я…

— И ты будешь там, Марьям. Придёшь и всё обсудим. У тебя есть время обдумать свои условия. Я не планирую давить или как-то грязно играть. Я просто хочу с сыном познакомиться. Но если ты не появишься… То я буду считать, что ты выбрала судебные тяжбы.

Выбрала. Не пришла.

В офисе Мара не появляется, а я как на иголках. Все встречи отменяю, в кабинет никого не запускаю.

У меня только один посетитель сегодня должен быть, который не появился.

Покачиваюсь на кресле, прикрывая глаза. Это открытое приглашение к войне? Не думал, что Мара так безрассудно поступит. Она умная девочка. Почему глупит?

Я суд выиграю. Легко. Никаких подстав не нужно, всё честно и по закону. И получу даже больше, чем мог бы рассчитывать.

Вот только я не спешу готовить документы. Не тянет этим заниматься. Через суд протаскивать Мару и ребёнка, чтобы своего добиться…

Не уверен, что это хорошо закончится.

И раньше…

Раньше бы я так и поступил. Мне нужно — делаю. И её чувства мало волнуют. Но теперь…

Теперь другое осознать пытаюсь. У неё — мой сын. Мой.

Достаточно теста ДНК для уверенности, но я почему-то не сомневаюсь. Слишком яро Марьям пыталась избавиться от меня. Реагировала. Злилась.

Такую реакцию не сыграешь без повода.