Метанойя

Ибо, трудные времена — трудными временами, дефицит — дефицитом, но были в истории СССР времена и потруднее и дефицит подефицитнее, и ничего — страна не разваливалась. Я что хочу этим сказать? — Да только то, что не было в то время, весной 1986 года в этих серегиных признаниях совершенно ничего страшного. Ничто ему за них не грозило ни от милиции, ни от КГБ — ни от кого вообще. Ну, если, конечно, он с такими лозунгами не решился бы пойти на Красную площадь.

А потому и нежданный собеседник Сереги не усмотрел в его словах ничего крамольного. Но, хлопнув его по плечу, вдруг заявил:

— Слушай, Серега, дружище, а зачем тебе идти на срочную службу? Ушлют куда-нибудь в Тюратан и будешь там два года жарится, девчонок только во сне видя.

— А чего делать-то? — развел руками Серега и пьяная слеза скатилась по его щеке при мысли об отсутствующих в степях Тюратана девчонках.

— А хочешь, я тебе помогу? — подмигнул Володя, — У меня военком в родне числится. Мой тебе совет — заключай лучше контракт, а я тебе помогу остаться в Москве служить. Зачем тебе Тюратан?

— Не нужен мне никакой Тюратан, — пьяно замотал головой Серега. А случайный собутыльник продолжал:

— И рядом с домом будешь, и деньги неплохие заработаешь, да еще и льготы после службы. Практически в любой институт без экзаменов примут! А девчонки вообще штабелями вокруг тебя в обморок будут падать.

— Это почему еще? — не поверил Серега насчет падающих в обморок при виде его девчонок.

— Да как почему!? — почти закричал Володя, — ты же и так красавец, а тут — форма зачётная, мускулы — во! А из всех карманов деньги торчат! Кто ж перед тобой устоит?

— Так-то оно так, — все же засомневался Серега, — но ведь служить не два, а целых три с половиной года!

— Да фигня это! — убеждал собутыльник, — я тебя в элиту армии устрою! Девчонки от одной формы визжать будут от восторга!

— Это куда? — почесал затылок Серега, — в десантуру, что ли?

— Бери выше — спецназ КГБ! Будешь потом, кого хочешь голыми руками рвать, там таким приемчикам учат, которые для всех остальных — совершенно секретные, понял?

Серега задумался.