Метанойя

Он приподнял голову и оглянулся вокруг. Больше не было океана, а он полулежал, опершись на одну руку, на чем-то невообразимо огромном, теплом и мягком. А рядом сидела его супруга Лакшми и улыбалась ему. И вокруг них цвели лотосы, в каждом из которых покоилась планета. Из его пупка тоже тянулся стебель лотоса с планетой в чаше листьев. Он присмотрелся, и вдруг планета стала увеличиваться в его глазах. Это Земля, понял он, потом его взгляд прошел сквозь атмосферу и пред ним предстал Атлантический океан, стремительно увеличивающийся до тех пор, пока он не увидел крохотную фигурку, лежащую на воде возле острова Куба.

Он улыбнулся ему, и тот Егор Соколов в ответ улыбнулся тоже. Тогда он обратил свой взор к Лакшми и мягко сказал:

— Здравствуй, Оля!

— И я приветствую тебя, супруг мой возлюбленный, — сказала она в ответ, улыбаясь такой знакомой и вечной улыбкой, и прилегла рядом, положив свою голову на его грудь.

"— Я так соскучилась по тебе, супруг мой! — шептала Лакшми, гладя мягкой ладошкой его грудь, шею, лицо.

— И мое сердце истосковалось по тебе, супруга моя!

Он нежно поцеловал ее в теплые мягкие губы и их тела слились так, что он стал ею, а она им. Это было нетрудно, поскольку он являлся ее мужским аспектом, а она являлась его женским аспектом. Охватившее их блаженство длилось вечно, поскольку они лежали на том, что олицетворяет само время.

Потом тот, которого некоторые называли Нараяна, спросил, кивнув на крохотную фигурку внизу:

— Почему я там, любимая?

— Потому что ты спишь, супруг мой.

— Я и сейчас сплю? — улыбаясь, спросил он.

— Да, конечно, но какая-то твоя часть бодрствует. Ведь ты многолик, супруг мой возлюбленный.

— Почему ты больше не приходишь в мой сон, Лакшми, солнце очей моих? Мне там так не хватает Ольги!

— Это твой сон, сердце моё. Только ты знаешь, почему там всё так, а не иначе.

Он задумался, перебирая ее волосы, разметавшиеся среди звезд. Люди называли ее волосы ""Млечный путь"" и это очень красиво звучало. Потом улыбнулся и кивнул:

— Ты права, богиня души моей. Ты как всегда права.

* * *Сын Человеческий тоже улыбнулся, глядя на свой рисунок на песке. Если бы кто-то смог заглянуть Ему через плечо, то он увидел бы, что Учитель нарисовал мужчину и женщину, лежавших среди звезд и цветущих лотосов.