Метанойя

— Полковника Немировича? Да ты с ума сошла, когда это я к нему приставала?

— Пока не приставала, — задумчиво протянула Изюмова, внимательно глядя в глаза Нориковой, — но я же вижу.

— Да что ты там можешь видеть, библиотекарша?

— Вижу, что уже влюбилась в него. Ты можешь обмануть других, даже саму себя, но меня не обманешь. Ты поэтому за мной следишь, биографию мою выясняешь, подруг моих выспрашиваешь? Хочешь оболгать меня в его глазах?

— Что за чушь! — воскликнула Наташа, понимая, что отказываться бесполезно и поэтому сочиняя на ходу:

— Это обычное дело, все контакты сотрудника госбезопасности такого уровня подлежат обязательной проверке.

— Да ты что! — воскликнула Изюмова. — Может, у нас и камера в спальне стоит?

— Надо будет, поставим и камеру, — буркнула Норикова, — тебя не спросим. А сейчас — марш из моей квартиры!

Она даже уже не хотела ждать приезда оперативников, как она думала. Лишь бы не видеть эту молодящуюся сумасшедшую.

— С удовольствием! — улыбнулась Варвара, охотно вставая с табурета и прихватывая немалых объемов женскую сумку.

— Села на место и положила руки на стол! — раздался решительный голос из-за спины Натальи, от которого ее второй раз за вечер чуть кондрашка не хватила.

Лицо стоящей напротив нее Изюмовой вытянулось и скривилось. ""А вот так ей, пожалуй, можно и сто лет дать"", — отчего-то с удовлетворением подумала майор Норикова и настроение у нее сразу поднялось.

* * *Старший лейтенант Егор Соколов сидел в прихожей морга, где ему приходилось пока скрываться, и пил чай, когда зазвонил телефон, стоящий на столе рядом.

Егор подумал и снял трубку, но говорить ничего не стал. Из трубки раздался голос Немировича:

— Егор Николаевич? Это Немирович.

— Слушаю, товарищ полковник, — отозвался Соколов.

— Из квартиры майора Нориковой минуту назад поступил тревожный сигнал.

— Понял, спасибо.

Соколов положил трубку и тут же создал телепортационное окно с односторонней проницаемостью. Поводил им по квартире и остановил на кухне, где сидели друг против друга Норикова и — вот это да! — сама Изюмова.

— Надо будет, поставим и камеру, — буркнула Норикова, — тебя не спросим. А сейчас — марш из моей квартиры!

— С удовольствием! — улыбнулась Варвара, вставая с табурета и прихватывая немалых объемов женскую сумку.