Скандальная история старой девы

Поворачиваю голову и вижу высокую крупную фигуру Рагнара. Военачальник стоит в дверях, его личный лекарь мнётся позади.

– И какой же вопрос ты хочешь задать ей, щенок? – цедит дракон. – Ну же, почему ты замолчал? Говори.

Я понимаю, что Норд слышал всё до последнего словечка.

Поспешно высвобождаю свою руку из тёплых ладоней Добромира и делаю шаг, закрывая собой бедного послушника.

– Что тебе нужно? – настороженно гляжу в глаза приближающегося к нам дракона.

– Какая идиллия, – с лёгким прищуром Рагнар проходится по нам взглядом, а затем угрожающе добавляет: – Я ведь предупреждал, Анна.

Он говорил, чтобы мы со старшим послушником держались друг от друга подальше. Но это же абсурд, я работаю в храме, где Добромир заправляет. Не бегать же мне от него в конце-то концов?

Добромир выходит из-за моей спины, не желая больше прятаться.

– А я скажу! – дрожащим голосом, но громко заявляет он, бесстрашно глядя на дракона, а затем поворачивается ко мне: – Я прошу ваше руки, лира Анна.

Я едва успеваю моргнуть, как Норд хватает Добромира за шкирку, поднимает в воздух и просто тащит прочь, как будто тот ничего не весит.

"– Рагнар! – взвизгиваю я, чувствуя, как в груди скручивается тугой узел страха.

Неужели он изобьёт его? Или вообще убьёт?

Но дракон лишь швыряет Добромира на узкую лавку около статуи Морены и нависает над ним сверху, что-то зло выговаривая.

Я хочу броситься к ним, но лекарь Норда хватает меня за руки, удерживая:

– Лира Анна, вы лишь ещё больше разозлите военачальника.

– Я не сделал ничего дурного! – вдруг раздаётся отчаянный вопль Добромира. – Лира Анна тоже! Она не заговорщица! Как вы смеете… уф!

Он громко клацает зубами, когда Норд снова встряхивает его, как зверька.

Большим умом обладать не надо, чтобы понять: Рагнар тоже в чём-то подозревает беднягу послушника.

Они перебрасываются ещё парой фраз, периодически я слышу нелицеприятные ругательства, но не могу понять смысла.

– Что ты видишь, щенок? – Рагнар бесцеремонно хватает беднягу за волосы, заставляя смотреть на меня.

– Только не трогайте её, – послушник разъярённо сжимает худые кулаки.

– Я спросил, что ты видишь?

– Девушку.

– Красивую не так ли? – ехидство в голосе Рагнара почти осязаемо.

Добромир неуверенно кивает.