Скандальная история старой девы

Я молчу про остальных – мы все надышались токсичным газом.

– Как вы смеете, лира Дарина? – произношу я с яростью. – Из-за вас пострадали бедные женщины. Знаете, кто виновен в аварии? Вы! Оборудование на фабрике настолько старое, что разваливается. А лестница? Что это за лестница? Деревянное старьё сломалось под весом женщин! И именно вы велели замуровать запасной выход. Фабрика приносит огромный доход, но мы вынуждены работать в скотских условиях!

Вокруг становится слишком тихо. Старые девы даже перестают кашлять, пугливо замирая.

Я публично бросила вызов лире Дарине. У всех на глазах. Кажется, отступать уже некуда.

Делаю шаг вперёд, руки дрожат от злости и перенесённого стресса.

– Вы чуть не убили нас всех, лира Дарина, – припечатываю я, глядя ей в лицо. – И вы недостойны быть наставницей.

Глава 9. Сарай для наказаний

Глаза Дарины расширяются от удивления, она надувает пухлые щёки, а её тонкие губы превращаются в ниточку. Но она быстро приходит в себя.

– Как ты смеешь обвинять меня, паршивка? – со злобой выплёвывает она, подаётся вперёд и отвешивает мне звонкую пощёчину.

Удар настолько сильный, что шею сводит, а щёку обжигает болью. Наставница крупная женщина, рука у неё тяжёлая.

Я рвано выдыхаю через нос, прикладывая ладонь к горящей щеке:

– Бьёте, потому что нечего сказать?

Дарина кривит губы в надменной улыбке:

– Вы всё здесь – принадлежите мне. Вы все здесь – подчиняетесь мне.

В этот момент я настолько люто ненавижу Дарину, что хочу броситься на неё с кулаками.

– И вас это устраивает? – я обвожу взглядом притихших работниц фабрики.

В большинстве своём я вижу на их лицах страх и недоумение – она не понимают, как я осмелилась пойти против наставницы. Но некоторые глядят на меня с такой отчаянной надеждой, что у меня спирает в груди.

"Но все молчат. Никто не спешит высказаться против Дарины в мою защиту. Даже когда я нахожу глазами Раду, она выглядит виноватой, но всё равно молчит.

– Значит, хотите и дальше страдать из-за ошибок и халатности лиры Дарины? – горько спрашиваю я. – А вы не задумывались, куда уходят все деньги? Ведь ткань продают за баснословные суммы…

– Заткнись! – взвизгивает наставница, пытаясь отвесить мне ещё одну пощёчину.