Скандальная история старой девы

– Подгнившая какая-то опора получается. Проще уж выстоять самой. Признайся, ты рассказал Дарине, чтобы отомстить? Жалкая, мелочная душонка, – фитиль злости внутри меня разгорается всё сильнее. – Не смей больше желать моему ребёнку смерти, иначе пожалеешь.

Добромир поджимает губы и принимает оскорблённый вид. Он двигается ко мне, вынуждая отступить. Подходит настолько близко, что практически нависает надо мной, прижимая к стене.

– Я – служитель храма, – зло цедит он. – А ты просто пользованная всеми подряд девка, выброшенная за забор.

Я впервые вижу Добромира таким злым, без маски мягкости, без притворной заботы.

– Сестрёнка, чем это вы там занимаетесь? – раздаётся вдруг знакомый хрустальный голосок.

Сердце пропускает удар. Только Милавы здесь не хватало, я совсем забыла, что она кружит вокруг меня.

Добромир сразу подаётся назад, тяжело дыша и сверля меня разъярённым взглядом.

Я поворачиваю голову и вижу сестру. Она в милом розовом платье с кружевами и белой тёплой шубке. Красивая, нарядная, похожая на куклу. Сестра выглядит инородно в сером каменном коридоре храма.

– Я тебя ищу, а вы тут… ух! Прямо в храме, проказники! – Мила заливисто смеётся, довольная тем, что застала меня в таком положении. – Познакомишь со своим ухажёром?

Добромир срывается с места и несётся прочь мимо Милы. У него выражение лица настоящего страдальца.

– Это не мой ухажёр, сестра, – произношу я, переводя взгляд на Милаву. – Зачем пожаловала?

Мой голос слишком резкий, но у меня нет сил притворяться миролюбивой Анной, когда внутри всё клокочет от ярости.

– Как зачем? Завтра твой День Рождения, глупышка, – коварно улыбается Мила, подходя ко мне и чмокая в щёку.

Я не делаю попыток поцеловать её в ответ, но Милаву это мало волнует.

– Ты с каждым днём выглядишь всё хуже и хуже, – с притворной заботой Мила пытается коснуться моего лба. – Часом не приболела?

Я отстраняюсь, не позволяя сестре трогать меня:

– Ты так и не ответила зачем пришла.

– Предлагаю пойти прогуляться на свежем воздухе. Там и поболтаем. Здесь же просто дышать нечем! – брезгливо морщит нос Милава. – Я так могу и кухней провоняться.

Мы выходим во двор храма.