Любовь не ждет

Тем не менее она явно была горожанкой, а не одной из фермерских жен, облаченных в платья из выцветшего ситца. Дженнифер, похоже, путешествовала в одиночестве, что, по мнению Тиффани, было довольно храбро с ее стороны.

Спустя мгновение к ним присоединился молодой фермер в рабочем комбинезоне и бесформенной шляпе, которую он не снял. Официант поставил перед ним и Дженнифер тарелки и поспешил назад, на кухню. Фермер не сказал ни слова, ограничившись коротким кивком, и принялся за еду. Судя по низко склоненной голове, он, наверное, стеснялся, оказавшись за одним столом с незнакомками, или опасался, что они будут недовольны, если с ними заговорит незнакомый мужчина.

Дженнифер, напротив, оказалась разговорчивой особой.

— Вот мы и встретились снова, — сказала она, обращаясь к Тиффани. — Раз это превратилось в традицию, наверное, мне следует представиться. Дженнифер Флеминг из Чикаго. Экономка по профессии.

Глаза Тиффани расширились при воспоминании о том, что сказала мать, помогая паковать вещи. «Зачем мне брать новую одежду, мама? — спросила она. — Вряд ли она понадобится мне на ранчо». «Понадобится, — возразила та. — Не нужно менять свои привычки только потому, что ты оказалась в Монтане. Я привила твоему отцу городские привычки, пока была там. Он привык к дому, полному слуг, официальным обедам и другим вещам, украшающим жизнь.

Поскольку ничего такого в последнем письме не было, Тиффани предположила, что отец писал об этом в одном из более ранних писем, которое Роуз ей не показала. А что, если эта молодая женщина, сидящая рядом с ней, та самая экономка? Сколько экономок может ехать из Чикаго в такой маленький городок, как Нэшарт?

Тиффани рассмеялась.

— Ну и совпадение. Интересно, это случайно не мой отец нанял вас? Франклин Уоррен?

— Он самый!

— Но я полагала, что вы уже прибыли на ранчо, — заметила Тиффани.

— Так и планировалось. Но мне пришлось уговаривать своих родных и жениха, который хотел, чтобы я подождала, пока мы сможем поехать вместе.