Личный аптекарь императора. Том 4

О, Боги, как же хорошо, когда ничего не болит, а пахнет как в райском саду! Александр, мы, кажется, договаривались на пятьсот рублей в месяц? Ну так вот — в благодарность за помощь я снижаю арендную плату до четырехсот.

— Отлично!

Мы подписали договор, и я внёс первые четыреста рублей. Ну всё, помещение найдено, осталось все оформить и сделать первые партии чаев и сборов.

Вернувшись домой, мы собрались на семейный совет — обсудить, что делать дальше.

— Короче так, — дед со стуком поставил на стол свою кружку. — Я возвращаюсь в Торжок.

— Зачем, Григорий Афанасьевич? — удивилась Лида.

— Мы там всё заготовим и привезём сюда. Шурик, составь список манаросов, которые нужно заказать Савельевым. С остальными травами я сам разберусь. С филатовскими собиральщиками впрок заготовим и высушим. Недели мне хватит, чтобы изготовить первую партию. Всё по тем же рецептам смешаю и привезу.

— Я с тобой, — вызвался Дима.

— Нет, сын. Надо с вассалами встретиться и обсудить, как дальше работать. Я сам всё сделаю. Там у меня помощников хватает.

— Кира хочет здесь работать, — вспомнил я про девушку.

— Кто б сомневался, — усмехнулся он. — Пока всё не наладим, пусть в Торжке работает. А потом посмотрим.

Мы еще немного поговорили и разошлись по комнатам. В этом особняке моя комната была больше, чем в предыдущем. Мебель из дубового массива, мягкий шерстяной ковер на полу, на окнах ажурные шторы. А ещё много моих, то есть прошлого Шурика, детских вещей: машинки, солдатики, рисунки, поделки."

"Похоже, произошедшее с их родом и пропажа отца что-то надломили в его душе.

Я собрал с полок и шкафов все его личные вещи и аккуратно сложил в небольшой сундук, в котором до этого лежали пуховые подушки.

— Сынок, можно тебя на минутку? — в дверях показалась голоса Лиды.

— Что такое? — насторожился я.

— Пришёл портной. Помнишь, я говорила, что пригласила его.

— Сейчас? — я посмотрел на часы — десять часов вечера.

— Говорит, что занят был. Только освободился и сразу к нам.

— Хорошо, сейчас приду, — кивнул я, захлопнул крышку сундука, засунул его на нижнюю полку платяного шкафа и спустился на первый этаж.

Лида и портной ждали меня в гостиной. Это был худощавый, небольшого роста мужичок с ленточной линейкой на шее и с игольницей, надетой на руку, на которой блестели разноцветные головки булавок.