Крылья феникса

Что ж, по крайней мере, заблудиться мне не грозило.

Когда дворецкий ушел, я с интересом осмотрелась, приглядываясь к своему новому дому. По правде говоря, идя сюда, побаивалась, что комната окажется больше похожей на музей, которым хочется любоваться, но в котором не слишком уютно жить. Но опасения не оправдались.

Комната была в меру просторной, с двумя полуторными кроватями вдоль стен. Здесь тоже имелся камин, у которого стояла пара кресел и был расстелен мягкий ковер. Пара письменных столов, за которыми можно заниматься, прилагалась, как и пара шкафов.

Форменное платье оказалось простого строгого покроя и сшито было из добротной светлой ткани. Эта ткань слегка мерцала на свету и была очень приятной на ощупь. Помимо платья мне предоставили белье, ночную сорочку и теплую мантию. Порадовавшись тому, что все мы будем одеты одинаково и я не буду выделяться, быстро переоделась и заново причесала волосы.

Еще успела разложить часть вещей, прежде чем стрелки часов подсказали, что пора идти на церемонию. Огонек-проводник терпеливо дожидался меня у двери и, когда я вышла в коридор, полетел вперед, уверенно указывая путь.

Я почти покинула корпус ниллэ, когда до меня донеслось раздраженное восклицание:

— Мама, прекрати! Или я в окно выпрыгну, клянусь Пресветлым!

— Не надо так кричать! — противореча себе, женщина тоже говорила на повышенных тонах, визгливость которых напомнила мне тетушку Эльзу.

— Да не нужен он мне! Хватит уже издеваться над моими волосами, все равно никакие осветлители их не берут! И езжай домой, мама, я из-за тебя опаздываю!

— А вот если бы слушалась меня во всем, вела себя как подобает и красила волосы, была бы на факультет аэллин зачислена, а не каких-то там прислужниц…

— Мама!!! — Кажется, терпение у кого-то было на исходе.

Дойдя до угла, за которым происходил спор, я заколебалась, стоит ли выдавать свое присутствие, но в следующий миг решительно шагнула вперед. Стоять на месте было глупо, да и опаздывать, как и незнакомка, я не хотела.

Когда я свернула за угол, моему взгляду предстала богато одетая дама средних лет и черноволосая девушка — примерно моя ровесница, на щеках которой играл румянец, заметный даже на ее смуглой коже.