Худшие подруги

Пританцовывая, переодеваюсь в домашнюю одежду, расчесываю непослушные волосы и собираю их на макушке, каждые десять секунд поглядывая на телефон.

Так и косоглазие заработать можно.

Залезаю на кровать и держу телефон перед глазами. Жду пять минут. Десять. Третий раз пролистываю фотографии Дымарского, ожидая, когда он будет онлайн и постучит мне в личку.

Да где его носит?! Он свое счастье пропускает!

В комнату заглядывает мама:

– А где Аля?

Ее вопрос отзывается тупой болью в груди.

– Мы отменили ночевку, – отвечаю я, вновь уставившись в телефон.

– Что-то случилось?

– Нет.

– Тась…

– Мам! Все в порядке. Тебе не о чем волноваться. Ладно?

– А тебе незачем грубить матери!

Вздыхаю, поднимая голову, и смотрю в строгие, но искренние обеспокоенные глаза самого близкого человека на планете, который точно никогда не предаст. Я не хочу обсуждать с мамой свою ситуацию, но стоит ее хотя бы успокоить.

– Прости. У меня все хорошо. Честно. Я не получила двойку, не принимаю наркотики и не лишилась девственности…

– Тогда мне действительно не о чем волноваться, – усмехается мама.

– Я же говорила, – пожимаю плечами. – А теперь можно мне немного личного пространства?

– Ужин на плите, – говорит мама и закрывает за собой дверь.

Сорок четыре минуты. Я жду почти час, а Дымарский так и не отреагировал на мой широкий жест. Эмоциональные качели набирают скорость. Мысли крутятся в голове, падая из крайности в крайность.

Что я наделала?!

Как я могла так поступить с Алей?

Я знаю ее десять лет, а Олега – пару месяцев!

Вжух! И все кардинально меняется.

Почему Аля думает, что лучше меня?

Она просто хочет больше внимания, Олег ей даже не нужен.

Олег…

Он ведь такой классный…

Он…

Вжух!

Какого чижика-пыжика он до сих пор мне не пишет?!

Чем он так сильно занят?!

А-а-а-а!!!

Вскакиваю с кровати, в глазах темнеет от резкого подъема. Это что? Старость? Едва не теряю равновесие и глубоко вдыхаю. Я не могу сидеть здесь одна. Так и до дурки недалеко. Нужно отвлечься.

Чисто машинально тянусь за телефоном, чтобы написать Макаровой, но не касаюсь его. Аля и правда была огромной частью моей жизни. Трудно перестроиться, но придется.

Мне срочно нужна компания, иначе я себя загрызу, а потом и Дымарского тоже. Опускаю взгляд на пол и улыбаюсь. Точно! Как я могла забыть?

– Привет, Тасечка, – говорит тетя Таня, открыв дверь. – Оболтус в душе. Можешь подождать его в комнате, если хочешь.

– Здрасте. Э-э-э… Да. Спасибо.