Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

Вельможа обернулся к Ралиджу и теперь говорил только с ним:

— Был ли ты, почтенный, на представлении, в котором участвовала Нурайна-шиу?

— Увы, не удалось.

— Ты много потерял. Она была грозна и прекрасна, как Дева-Молния. Ее красота была столь совершенна и необычна, что привлекла высокое внимание Светоча… — Нхари-дэр просиял ясной улыбкой доброго вестника. — Светоч в великой милости своей решил купить твою женщину и прислал меня договориться о цене."

"Увидев вместо восторга на лицах собеседников смятение и досаду, вельможа встревожился:

— В чем дело? Неужели есть какое-то препятствие? Скажи, — обернулся он к Нурайне, — не родила ли ты этому мужчине сына?

— Нет, — растерянно ответила Нурайна — и тут же мысленно обругала себя за грубый промах.

— Ну вот, — облегченно улыбнулся вельможа Ралиджу. — Если бы она была матерью твоего первенца-сына, ты, конечно, не имел бы права продать ее…

Нарастающая злоба кружила Нурайне голову, мешая трезво оценить ситуацию.

Женщина ошибалась. Хотя Ралидж и изобразил ответную улыбку, но в душе его тоже клокотала ярость. Он сам не отдавал себе отчета в том, что учтивый наррабанец вызвал в нем воспоминание о весеннем аршмирском дне и о всаднике-Соколе, что пинком отшвырнул его, Орешка, с дороги, а потом за дерзкое слово приказал запороть насмерть. Эти двое не были схожи ни внешностью, ни манерами.

Забыв о правилах хорошего тона, Орешек откинулся на подушки.

— Купить Нурайну, да?.. Во сколько же Светоч оценивает это сокровище?

Вельможа раздраженно поджал губы. Ему не улыбалась перспектива торга с невоспитанным чужеземцем, и он решил сразу оглушить его щедростью (тем более что это никак не угрожало его собственному кошельку).

— Не спорю, эта женщина — сокровище, и плата за нее будет достойна ее совершенства. По обычаю, выкупом за девушку высокого происхождения или редких достоинств должны быть белые верблюдицы, самые благородные из живых существ, сотворенных богами для человека. За Нурайну Светоч даст десять этих ценных животных.

Сказал — и улыбнулся, готовясь скромно принять выражения благодарности.

Но реакция слушателей оказалась непредвиденной.