Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

 — Верно, сюжет пьесы придумывают боги, но играем-то в ней мы! А мне ли не знать, какую отсебятину порой несут актеры со сцены! Уж ты поверь, — убежденно закончил он, — нет такой трагедии, которую нельзя было бы превратить в комедию!

Как ни странно, эти легкомысленные и дерзкие речи немного успокоили Нурайну. Она подняла голову и оглядела тесное подземелье.

Лунный свет все так же сочился в оконце. Так же густо плясали в нем пылинки свой однообразный, сводящий с ума танец, все так же длинная тень железного прута перечеркивала эту дрожащую, шевелящуюся прозрачную кашу.

— Какая мерзость! — с силой выговорила Нурайна. — Как будто темная коряга шарит в ядовитой трясине!

Сказала — и замерла от внезапного и беспричинного испуга. Смелой, не склонной к пустым страхам женщине вдруг показалось, что рядом с ней сидит жуткое чудовище.

Откуда было ей знать, что случайно произнесла она фразу, которой покойный учитель Орешка заговорил в его душе тайные силы…

Осторожно повернув голову, Нурайна бросила быстрый взгляд на своего спутника.

В лунном свете белело застывшее лицо — знакомое и незнакомое. Глаза казались черными ямами, губы были жестко сомкнуты. Это был не болтливый, нагловатый Ралидж, который успел ей надоесть за время путешествия. От этого человека веяло холодом и смертью, как от бездонной пропасти… о боги, да человек ли это?

Незнакомец гибким звериным движением встал и напряг руки, разведя их в стороны.

Опомнившись, Нурайна вскочила и метнулась следом. Она не понимала, что происходит, но не собиралась сидеть на полу, хлопать ресницами и размышлять о непостижимых тайнах, окружающих ее.

Руки Нурайны были по-прежнему связаны за спиной, но это не помешало ей стрелой взлететь по ступенькам. Женщина успела увидеть, как навстречу ее странному союзнику по плохо освещенному коридору выбежали трое охранников с белыми повязками на головах. Один что-то пронзительно провопил — Нурайна не поняла ни слова — и поднял арбалет.

Воин, который еще недавно был Ралиджем, остановился, вскинул руку наперехват — и поймал стрелу, словно муху.