Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

Шестилетний Джангилар, слишком напуганный, чтобы плакать, сидел в своей спальне под охраной пятерых воинов, а те наперебой уверяли мальчика, что тварь сюда не сунется: вон какие у них мечи! А Нурайна тихонько гладила малыша по голове, шепча на ушко: «Страх ушел, страх больше не вернется…»

Король тряхнул головой, отгоняя тяжелое воспоминание, и закончил уверенно:

— Убить Жабью Подушку в одиночку — невозможно!

— Ну-у, — виновато протянул Орешек, — вероятно, мне очень хотелось жить… больше, чем ей…

На свирепый вопросительный взгляд короля Бессмертная Орлица твердо кивнула: да, этот человек говорит правду!

Перед Джангиларом стоял герой, не уступающий легендарным воинам Огненных Времен.

В детстве принц часто грустил, что не может познакомиться с бесстрашным Оммукатом, странствовать вместе с отчаянным и непоседливым Ульгиром, взвесить на руке топор гиганта Раушвеша — тот самый топор, что назван был Свежевателем чудовищ…

Но разве подвиги этого кареглазого стройного парня уступают подвигам тех сказочных бойцов?

Мальчишка, который никогда не умирал в Джангиларе, радостно потянулся навстречу ожившей мечте.

Выходит, сказка кончится печально? Злой король пошлет героя на смерть?

Джангилар обернулся к Главе Соколов и спросил, стараясь, чтобы голос не звучал моляще:

— Что ты думаешь об этом, Мудрейший?

— То же, что и ты, государь, — печально отозвался Даугур. — Мы попали в капкан, поставленный три века назад составителем Свода Законов.

С каждый словом безнадежность и тоска переполняли душу короля.

— Да, — глухо и тяжело продолжал Даугур, — какое решение ни примет суд, потомки нас не похвалят, да и ныне живущие — тоже. Не знаю, какой приговор вынесет государь, а по моему скромному разумению — помилование невозможно.