Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

»

За детей вступилась и Миланни:

— Ой, они же все равно не уснут! Вот начнется в темноте игра в лазутчиков и охранников… помнишь, что они вчера вытворяли? А так послушают да и задремлют, вон маленькие в углу уже посапывают…"

"Что-то просительно прошелестела Айлеста.

— Ладно, — уступила Аунава, — балуйте этих поросят бессовестных, балуйте!

Но что-то в ее голосе подсказало Орешку, что ей и самой нравится сидеть в полутьме у очага и слушать протяжные старые баллады, забыв на время о беде, что залегла за стенами крепости.

Вновь запели струны, ребячьи взвизгивания и шепот стихли. И зазвучал печальный голос. На этот раз он не пел, а повествовал под музыку о падении Эстамира, Жемчужного Города.

По приказу Авибрана Светлой Секиры непокорный город был смешан с прахом земным, лег в руинах. До небес встали костры, на которых горели тела защитников Эстамира, и завидовали мертвым живые, которых в цепях тащили мимо этих костров.

А когда отхлынула армия, уводя пленников, из развалин выбралась девочка лет десяти, которую не заметили воины Великого Грайана, обшаривавшие руины в поисках добычи. Выбралась — и поняла, что осталась одна в бывшем городе, беспомощная, как младенец на груди погибшей матери.

Дальше Орешек не слушал. Медленно двинулся он вверх по лестнице. Поднявшись на площадку, освещенную вставленным в скобу факелом, сел на верхнюю ступеньку и спрятал лицо в ладонях. Орешек был оглушен ярким и властным потоком воспоминаний, который обрушила на него знакомая легенда.

Как это было?

Зимняя ночь, лес, придорожный трактир…

* * *Из щелей в деревянных ставнях тянет стужей, но просторная низкая комната неплохо натоплена, к тому же ее согревает дыхание трех десятков глоток. Духота, запах немытых разгоряченных тел перебивается чадом пригоревшего мяса от очага. Загнанные морозом в трактир разбойники изо всех сил стараются весело провести время.