Отец моего жениха

— Из Рыбинска вроде?

Упоминание о родном Рыбинске коза Даша воспринимает как личное оскорбление: подпрыгивает с табуретки и, испепелив меня злым взглядом, вылетает с кухни.

— Зачем ты так с ней, Юль? — хмурится Марина. — Ты завтра в Барвиху свою вернешься, а мне еще с ней жить.

— Я поэтому все это время должна молча ее оскорбления и сплетни терпеть? Потому что мне посчастливилось жить не на съемной квартире, а в чужом доме?

— Ты же знаешь, какая она.

— Какая? Злая и завистливая? Это повод ее беречь ее чувства?

— Мне кажется, ты изменилась, Юль, — заявляет Марина, откладывая нож.

Ох. Ну честно, достали.

— Да ну? И когда это «раньше»? Дай угадаю! До того, как переехала жить к Диме, да?

— Видишь, ты и сама все поняла, — хмыкает подруга.

— Я вот что-то не пойму, в чем вы все пытаетесь меня обвинить? Я вдруг звезду поймала, или что? Живу я на свои деньги, да, сейчас их у меня стало больше, потому что не нужно платить аренду, а в остальном, что изменилось? То что Дима подвозит меня в университет, подарил браслет и дорогое платье как-то сделало меня хуже? Я отвернулась от тебя, плохо с тобой обращаюсь? Или в статусе невесты Молотова требования ко мне стали выше, и я теперь должна корчить из себя малодушную овцу, чтобы окружающим было меня жалко? Жалеть ведь гораздо приятнее, чем завидовать, правда?

Я так завелась, что сама не заметила, как вскочила на ноги.

— Да, ладно, чего ты психуешь? — примирительно говорит Марина.

— Знаешь, наверное, я тебя сегодня теснить не буду и поеду домой. А вы с Дашей кино посмотрите для скрепления отношений. И сыром ее угости. Она вроде очень хотела.

Марина что-то тараторит мне в спину, но я ее уже не слышу, потому что, перекинув через плечо сумку, иду к входной двери. Нужно было остаться в Барвихе. Все равно Молотова там нет.

По пустынной вечерней Москве до дома Молотовых такси долетает за каких-то тридцать минут.

"Время на часах показывает одиннадцать, но меня уже клонит в сон.