Хозяин Драконьей гряды

Верхнюю часть вправо, нижнюю влево, как учил Шип.

Что-то тихонько щелкнуло под моими руками. Кристалл разделился на две половинки, соединенные графитовым цилиндром толщиной с палец. Из цилиндра вылетел лучик света, развернулся веером, рассеялся, и я, помня о наставлениях нечистика, направила его на лицо Эммы.

Химера продолжала таращиться. Только теперь я заметила, что смотрит она вовсе не на меня. Больше того, она меня даже не видит! Взгляд бессмысленный. Устремлен в никуда.

Шип свое дело знает!

«Уходи! — ворвался в мои злорадные мысли голос подельника.

А ведь и правда! Я здесь уже слишком долго!

Непослушными пальцами защелкнула агрон. Луч света погас, а я метнулась к стене, где зиял тайный ход. И уже хотела войти, как что-то заставило притормозить.

Мне на глаза попался угрюмый шкаф. Несмотря на идеальный порядок, его дверцы были чуть приоткрыты, из щели между ними торчал кусок ткани. Недолго думая, свернула к нему.

«Не вздумай!!!»

Но я уже нагнулась и, ухватив ткань пальцами, потянула на себя.

"Дверцы скрипнули, распахиваясь настежь, и на меня свалилась куча тряпья. Грязного, заскорузлого, покрытого жуткими пятнами. В нос ударила тошнотворная вонь…

Кровь. Вся одежда пропахла кровью.

Я впала в ступор, поняв, что держу в руках окровавленную шаль. И тогда до меня дошло, что за запах пропитал эту комнату.

Запах гниющей плоти.

«Очнись! — заорал Шип в самое ухо и даже стукнул меня по макушке чем-то невидимым, но весьма ощутимым. — Быстро! Запихивай тряпки назад, как было!»

Почти не соображая, я подчинилась.

Наконец, мне удалось запихнуть все и даже захлопнуть дверцы.

За моей спиной скрипнул матрас.

Химера!

«Беги!!!»

Сорвавшись с места, я бешеным зайцем прыгнула через проем. Успела ударить по камню и оглянуться, чтобы в последний момент перед тем, как закрылся проход, увидеть Эмму.

Та сидела, свесив с кровати худые ноги, и смотрела в мою сторону. Ее глаза оставались закрытыми, но рот улыбался.

— Дура! — набросился Шип, едва мы оказались в спасительной темноте. — Едва не попалась!

— Ну, не попалась же.

Я так обрадовалась, что вернулась цела и с уликой, что даже не оскорбилась. Только сердце выпрыгивало из груди, да руки тряслись. А еще, кажется, у меня прибавилось седых волосков. Впрочем, под краской не видно.

На ослабевших ногах сползла по стене и прикрыла глаза.